Чёрный. Нефтяная афера

– Во сколько, ты сказал, прилетает профессор Гриффитс?

– Я ещё этого не сказал, – ответил Ласло. – Говорю сейчас: самолёт из Нью-Йорка прилетает в аэропорт Схипхол в 8.35 утра.

Зельда уже достала неведомо откуда семейный планшет и быстро нашла информацию по проекту «Тройной бриллиант».

– Зачем его было так называть, лучше бы уж честно назвали его «Тройной обман», – ворчала она, кликая на один из результатов поиска.

– Тут написано, что комиссия соберётся завтра и окончательное решение объявит после обеда её председатель, некий Ван Устален.

Мы его знаем?

Услышав это имя, Ласло вздохнул со смесью отвращения и досады.

– По мнению тёти Эдны, Ван Устален – связующее звено между нефтяными магнатами и продажными политиками, – объяснил он. – Одним словом, это наш противник номер один. Если Гриффитс не сумеет выступить с докладом, для Ван Усталена окажется легче лёгкого получить добро на бурение скважин.

– Значит, нам нужно будет не выпускать из виду профессора Гриффитса и сделать так, чтобы с ним ничего не случилось, – подытожил Маркус.

– Усиленная защита! – отозвалась Зельда.

– Не просто усиленная… специальная защита от Интригио, – уточнил Ласло.

С этими словами он как бы невзначай взял у дочери Интриг-пад, бросил на него несколько брезгливый взгляд, который появлялся у него всегда, когда приходилось пользоваться электронными устройствами – и произвёл дополнительный поиск.

– Глазам своим не верю, – прошептал он, не отводя глаз от маленького экрана.

 – Пять-три! Это был матч века! Вы понимаете? Пять-три…

– Соберитесь с силами, Интригио! – не выдержала Бина, вырывая планшет из рук мужа. – Сегодня никто не ляжет в кровать рано! Надеюсь, вы довольны. Маркус, иди избавь Тибо от интервью после матча и передай ему просьбу срочно явиться сюда. А ты, Зельда, сбегай за нашей сверхподробной картой Амстердама! Имоджен, ты… Имоджен? Имоооджееен?

4

Что происходит в номере 719

Маркус скрестил руки на груди, стоя у окна номера 721, расположенного на седьмом этаже отеля «Ролленпик».

В окно виднелись тихие воды бухты Эй, подёрнутые лёгким туманом, а вдали – расплывчатые силуэты выходящих на озеро зданий. Впрочем, Маркуса занимала не панорама, а, скорее, отражавшаяся в стекле собственная хмурая физиономия.

– Ты скажешь или нет, в чём дело? – спросила у него из-за спины Зельда. Удобно устроившись на мягком матрасе гигантской кровати, она что-то смотрела в своём планшете.