Честное лисье слово

Потом она искупается в золотой воде, и её шубка перестанет быть такой тёмной и приобретёт желаемый ярко-рыжий цвет. А может быть даже почти-почти золотой – о таком счастье она даже боялась мечтать. И станет она никакой не дурнушкой, а самой распрекрасной лисицей. Тогда братцу Ури не придётся больше за неё стесняться, и он позовёт её играть с ним вместе.

Так сидела она и мечтала. И вот однажды случилось что-то потрясающее и дух захватывающее! Фьор нашла… нет, не лодочку, и не плотик, а настоящий клад!

Это была небольшая сумочка.

Она лежала в высокой траве – бог весть, кто оставил её здесь. Фьор наткнулась на неё совершенно случайно, прогуливаясь по берегу и, как всегда, рисуя в воображении воздушные замки.

Лиска могла бы и вовсе не заметить находку, ибо шла не как все лисы – нос к земле – а любуясь дальним горизонтом и бликами на воде. По счастью, она споткнулась, зацепившись за ремешок, и сумочка таким образом была найдена.

Фьор тут же сунула туда нос, и… Ах, какие чудесные вещи там лежали! Зеркальце и губная помада, очки с разноцветными стёклышками – (левое было зелёное, а правое – розовое), коробочка леденцов, маленькая игрушка, вроде шарманки – (если покрутить ручку, слышится мелодичная песенка) – и ещё носовой платок, такой беленький и чистенький… Правда пах он духами довольно сильно, и Фьор расчихалась от этого запаха.

О, как наша лисичка была счастлива! Она разложила свои сокровища на большом пне и созерцала их в благоговейном молчании.

Первым её привлекло зеркальце.

Оно блестело на солнышке, и, поворачивая его из стороны в сторону, Фьор быстро наловчилась пускать солнечных зайчиков. Потом она поставила зеркальце перед собой и подняла глаза. Увы, собственное отражение настолько огорчило её, что Фьор поскорее перевернула зеркало обратной стороной. Тогда она намазала нос губной помадой – вдруг так она станет красивее? Украдкой взглянув в зеркало, бедняжка убедилась, что лучше от этого не стало, к тому же помада пахла как-то неприятно.

Она убрала зеркало в сумочку и принялась умываться, облизывая свой нос. Тут выяснилось, что на вкус помада тоже – не очень. Чтобы заглушить этот вкус, Фьор съела парочку леденцов, и настроение сразу улучшилось. А когда она посмотрела сквозь разноцветные стёклышки очков на солнце (только ей пришлось зажмуривать сначала один глаз, потом другой), да ещё покрутила ручку шарманки (чтоб закат был под музыку), жизнь предстала перед нею во всех своих радужных красках.