Четвертый рубин

Джек совсем забыл, что транспортная служба Старших министерств требовала от пассажиров полного молчания во избежание лишнего обмена информацией между секретными агентствами.

Гвен в изумлении вытаращила глаза, потом раздражённо поморщилась. Развернулась, чтобы пойти назад, но упёрлась в закрывшийся турникет, который громко лязгнул. Строгий взгляд дежурного переместился на девочку. Обернувшись к нему, она махнула карточкой медного цвета, похожей на платиновую Джека, и нетерпеливо потрясла турникет, лязгнувший ещё громче.

Дежурный в стеклянной кабинке недовольно фыркнул и потянулся вниз, нажимая невидимый снаружи рычаг. Турникет щёлкнул, Гвен наконец прорвалась и подбежала к Джеку.

– Ты что же это вытворяешь? – горячо прошептала она, тесня его назад, к дверям лифта, и беспокойно оглядываясь. – Где охрана? Тебе же нельзя покидать Цитадель в одиночку!

Джек небрежно пожал плечами:

– Значит, можно.

– По-твоему, это смешно? – Гвен снова опасливо глянула через плечо.

Дежурный продолжал наблюдать за детьми, одним глазом поглядывая в газету. Джек понизил голос:

– Всё в порядке, это профессор…

Послышалось глухое шипение, и чёрный стальной цилиндр поезда затормозил у платформы по ту сторону турникетов, поблёскивая бронзовой отделкой в фиолетовом сиянии огромных магнитных колец, окружающих путь. Гвен схватила Джека за руку и потащила вперёд, шепча сквозь стиснутые зубы:

– Ничего не в порядке! Объяснишь, когда сядем на поезд.

Четыре линии путей сходились к двум открытым платформам, расположенным одна над другой. Светящиеся бронзовые кольца верхней были подвешены к потолку, и цепочка вагонов проходила над головой, а нижние постепенно поднимались из глубины туннеля, так что поезд выскакивал оттуда, как подводная лодка из морской пучины, а потом снова нырял в неё. К такому поезду Гвен с Джеком и бежали.

Троица драго, агентов Министерства драконов, чинно проследовала в соседний вагон.

Все трое обернулись на ходу, рассматривая Джека. Из-за красных шарфов и следов ожогов на лицах их взгляды казались ещё свирепее.

Затащив Джека в вагон, девочка толкнула его на сиденье, обтянутое небесно-голубым бархатом, и, едва поезд тронулся, выжидающе сложила руки на груди:

– Ну давай, колись!

– Да что такого? – снова пожал плечами Джек. – У меня встреча с профессором, учебная практика.