Четыре сестры

– Это накладной ноготь, ты его потеряла.

В дверь постучали.

– Спасибо за хлеб, Беттина! – крикнул голос Шарли.

– Черт, хлеб! – пробормотала Беттина, хлопнув себя по лбу. – Совсем из головы вон… Эй, Шарли!

Но Шарли уже ушла, и звук ее шагов затих на лестнице.

– Сваливаем отсюда, – решила Беттина, когда линза была наконец найдена.

Они в последний раз полюбовались собой в зеркале. На лестничной площадке им встретилась Коломба, выходившая из другой ванной.

– Великолепно! – воскликнула она от всей души.

 – Это для кровожадной вечеринки?

– Нет. Просто пробы для четверга.

В четверг были Хеллоуин и большой праздник в городе. Повсюду висели афиши.

– Вы произведете фурор, – сказала Коломба.

Они посмотрели ей вслед, ни слова не говоря. Беттина скорчила рожу у нее за спиной. Когда Коломба скрылась, Дениза тоненько пропищала:

– Ви происьведете фюрор, вау!

И все трое покатились от смеха, который Коломба внизу отлично слышала.

Позже макияж был одобрен веселыми возгласами Энид и Шарли.

Сидевшая за компьютером Коломба, которой не было никакого резона еще раз выказывать любезность этим трем язвам, не отрывалась от экрана.

Беттина вдруг заметила, что Энид ест бутерброд с шоколадом.

– Хлеб, значит, остался. И надо было меня упрекать, что я забыла его купить?

– Забыла? – удивилась Шарли. – Багеты в кухне – разве это не ты?

– Ничего подобного. Я думала, твое «спасибо» – просто издевка.

Все растерянно переглянулись.

– Это ты, Гортензия?

– Нет.

– Женевьева? Энид?

– Нет.

– Нет.

– Призрак?

– Ох! Заткнись, Энид!

– Это я, – сказала Коломба.

Сестры обернулись.

– Я слышала сегодня утром, как Шарли просила Беттину не забыть хлеб. И я… Вот и всё. Его, надеюсь, хватит?

У Беттины защипало в носу от злости.

Коломба слышала, как Шарли утром просила ее…

– А если бы я купила, – проговорила она ледяным тоном, – что бы ты сделала с твоими багетами? Косточки для бюстгальтера?

Она с удовольствием смотрела, как бледнеет Коломба.

– Я видела, как ты входила с подругами в магазин шуток, – спокойно объяснила та. – Булочная уже закрывалась. Я решила, что ты забыла.

Дениза и Беотэги сжали с двух сторон локти Беттины. Не сознавая, какая драма разыгрывается на ее глазах, Шарли улыбнулась Коломбе:

– Базиль будет тебе благодарен. Он ест с хлебом даже пиццу!

Она ушла в кухню, где Энид делала себе новый бутерброд. Коломба осталась одна с тремя своими врагинями.