Четырёхпалый человек

А какой простор! Километры полей, садов и зарослей – и совсем рядом с пляжем! К тому же…

Папа взглянул на дочь и произнёс те самые волшебные слова, ради которых она готова была сменить школу, оставить друзей и спорт, соседей, которых знала всю жизнь, даже смириться с продажей квартиры, где жила с рождения.

– Теперь у нас будет столько места, Амелия, что мы сможем завести щенка.

– Только когда освоимся, – тут же добавила мама.

Однако теперь, по приезде, одного щенка ей казалось недостаточно. Возможно, ей и восьми щенков за вот это вот всё будет недостаточно.

Гостиница представляла собой огромное старомодное белое здание с оплетённой виноградом перголой[1 - Пергола – навес из вьющихся растений для защиты от палящего солнца. (Здесь и далее прим. ред.).] и крышей с кованым орнаментом над главным входом. Построенное на самом краю мыса, оно, казалось, парило в небе. Отовсюду доносился шум моря, волны с плеском разбивались о скалы далеко внизу, кругом поднимались отвесные утёсы: всё это могло быть даже мило, наверное, но Амелии здесь было не по себе.

Само собой, она не из тех глупеньких суеверных детишек, что верят в призраков и прочую ерунду, но… если бы призраки на самом деле существовали, они точно поселились бы в этом месте.

Девочка огляделась, стараясь не обращать внимания на разливающийся по коже холодок. Когда-то гостиница наверняка была красивой, но теперь краска со стен облезла, оконные рамы потрескались, а по углам висела паутина да пустые осиные гнёзда.

Территория выглядела заброшенной. Садовые клумбы – лохматые и неухоженные – почти сливались с кустами за ними. Единственной связью со всем остальным миром была длинная, покрытая гравием подъездная дорожка, на которой стояла Амелия.

Под остальным миром подразумевался крохотный пляжный городок Забытая бухта.

– Что ж, – сказала мама, уперев руки в боки, – нам предстоит много работы.

– Точно, – как всегда саркастично ответил Джеймс. – Дом, милый дом. Как попасть внутрь?

– Ну, я думал, нас встретит смотритель… – пробормотал папа.

– Смотритель? То есть за этим местом кто-то ещё и приглядывает? – удивился Джеймс.

Он оглядел дыры в дощатом полу широкой веранды, которая окружала гостиницу, затем перевёл взгляд на какашки опоссума на сиденье садовых качелей, изобразив крайне фальшивое восхищение:

– Ух ты! Да мы счастливчики. Только представьте, какой ужас был бы здесь без смотрителя.

Вот бы он заткнулся, думала Амелия.