Чик. Невероятное путешествие странного мальчика

Он не думал о том, куда идёт и что будет есть. Он шёл не останавливаясь. Ненависть гнала его.

– За что они меня? – вскрикивал Чик. – Ведь я не сделал им ничего плохого! Наоборот, мне хотелось поделиться с ними своей радостью.

Посохом Чик рубил высокую траву, росшую у тропинки через поле, по которой он шёл. Он делал это так ожесточённо и яростно, словно продолжал сражение со своими обидчиками.

– Значит, все люди такие, – шептал он. – От них одно зло. Они ни о чём не хотят думать, кроме своего урожая и своего скота.

Больше их ничего на свете не волнует. И если ты не похож на них… – Голос Чика прерывался, на глазах у него выступили слёзы. – И, если ты не похож на них, они не захотят даже выслушать тебя. Они будут хохотать над тобой, тыкать в тебя пальцем, унижать, кидать вслед грязью… Нет, добра от них не увидишь.

– Они ненавидят меня! – воскликнул Чик, и маленькая птичка испуганно выпорхнула прямо у него из-под ног. – Лети, лети, – пробормотал он, – тебе я не сделаю зла. Но они… но им…

– Они ненавидели меня, потому что я не похож на них! – опять крикнул он.

 – А я… Не знаю, любил ли я их раньше, но сейчас я их тоже ненавижу. Ненависть родила ненависть, – бормотал Чик и втыкал свой посох в хорошо утрамбованную тропинку так сильно, что в земле оставались дырки.

– Они все одинаковые, – тряс головой Чик, чтобы слезинки слетели с ресниц. – И они хотят уничтожить меня. Но я им не дамся. Они напали на беззащитного… Разве это по-человечески? Нет! А раз так, то они и не будут людьми.

Я сам буду уничтожать их везде, где увижу.

– Я против вас, люди! – закричал Чик так громко и страшно, что даже жаворонки в вышине прекратили свои нежные песни. – Посмотрим, кто победит, – зло захохотал он.

На опушке ближайшего леска он упал от усталости и лежал, широко раскинув руки, на тёплой земле под ярким летним солнцем. Он потратил очень много сил, ведь его слова и даже мысли превращались в реальность. А это не так-то просто. Надо всю свою энергию, всю свою волю собрать в одну точку и потом бить без промаха, наверняка, уверенно и жёстко.

Сомневаться нельзя: сомнения рассеивают энергию. И тогда ничего не получится.

Да, очень много сил ушло у Чика. Что и осталось-то – непонятно. К тому же в душе его поселилась страшная ненависть. А ненависть тоже отнимает много сил. И сейчас Чик чувствовал себя ужасно: голова горела, ломило кости, бил озноб, в горле пересохло. Он тихонько стонал и старался покрепче прижаться к земле.