Что не стоит делать невидимке

Лёгкий бриз на несколько секунд сменяется жестоким порывом ветра, и тот сдёргивает парик с моей головы. Я ловлю его буквально за секунду до того, как он перелетает через железное ограждение. Я вожусь с капюшоном, отчаянно пытаясь натянуть его обратно на голову, когда Бойди поворачивается, чтобы сказать мне что-то, но вместо этого просто вопит.

– Чт… а… а… а-а-а! Что? О боже мой. Ох-х-х.

Что ж. Полагаю, кто-то должен был как-то об этом узнать.

Глава 19

Бойди попятился назад и теперь просто таращится, моргая, открывая и закрывая рот, словно рыба, и издаёт горлом тихие стенания.

Бедолага, он в самом настоящем ужасе. Чайка клекочет и улетает прочь.

– Ничего страшного, – пытаюсь успокоить его я. – Это всего лишь я. Со мной всё нормально.

– Но… но… ты… это… твоя голова… Этель?

С чего бы начать?

Десять минут спустя мне вроде бы удаётся убедить его, что я не призрак и не пришелец из космоса. Я ответила на его вопросы, включающие:

Больно ли мне? (Нет, не считая лёгкого пощипывания, которое может быть солнечным ожогом от солярия, но я не вижу свою кожу, чтобы сказать наверняка.

Кто-нибудь ещё знает? (Нет. Он первый. Я вижу, что это жутко ему льстит.)

Это навсегда? (Пока что непонятно.)

Что я буду с этим делать? (Опять же непонятно. Попытка обратиться в больницу прошла не так, как планировалось, и он соглашается, что обращение в полицию может оказаться столь же безрезультатным.)

Я рассказываю это всё так, будто мы вели вразумительную беседу, как нормальные люди, на балконе маяка.

«О, так ты невидимая? Круть. Скажи мне, ты ощущаешь какую-нибудь боль или дискомфорт в силу этого необычного состояния, Этель?»

Нет, всё было совсем не так.

Бойди нервничал, был растерян, путался в словах и то и дело протягивал руку, чтобы коснуться моих невидимых головы и руки. В какой-то момент я сняла маску, и он умолк, типа, на целую минуту, просто разевая рот и тряся головой, отводя взгляд и снова глядя на меня и опять начиная разевать рот и прикасаться ко мне.

Однако должна сказать: теперь, когда я ему рассказала, я испытываю колоссальное облегчение. Я несколько часов таскала с собой этот секрет, и это было утомительно. Хоть Бойди и не может ничего сделать, уже то, что я поделилась с ним своей проблемой, радует меня.

Немножко.

Тогда отчего же я начинаю плакать? Простите, опять. Я вообще-то не плакса, если честно.