Чудовище лощин

Джаннер знал: брат стыдится своего серого меха, острых ушей, чёрного носа… стыдится клейма, которое на него легло.

Когда братья вышли из каюты, Радрик разговаривал с Оскаром и старшим помощником Эрролом, поэтому Кальмар и Джаннер некоторое время стояли на палубе, не привлекая внимания.

А потом какая-то женщина завизжала. Радрик замолчал на полуслове и обернулся. Когда он заметил Кальмара, который стоял, обняв Джаннера за плечи, его замешательство сменилось ужасом. Кто-то закричал:

– Клык!

Мужчины и женщины хлынули на корабль, растолкав кимерцев, и кинулись к Кальмару.

Тот зарычал и оскалился. Артам, Ния, Подо и кимерцы застыли от неожиданности. Кальмар присел, как пёс, готовый к прыжку.

– Кальмар, стой! – крикнул Джаннер.

Кальмар вздрогнул, и рык перешёл в горестный вой. С невыразимой печалью взглянув на Джаннера, он свернулся клубочком у его ног.

Джаннер успел накрыть собой младшего брата, прежде чем жители лощин обрушились на них. Он обвил Кальмара руками и, стиснув зубы от боли, цеплялся за него под оглушительные крики «Клык! Чудовище!», пока брата не вырвали из его объятий.

7. Клык в Бан Роне

Кальмара потащили прочь, пиная и молотя кулаками. Лили визжала, Артам громко звал племянника, а волчонок вырывался и тянулся к Нии и Подо, которые боролись с лощинцами, потрясённые их внезапной жестокостью. Ния колотила держащего её мужчину и выкрикивала приказы, но никто их не слушал. Джаннер пытался пробиться сквозь толпу, однако она была слишком плотной и злобной.

Кто-то схватил его за руку и остановил. Сквозь шум толпы пробивались душераздирающие вопли Кальмара, визжащего, как щенок.

Джаннеру не верилось, что те же самые люди несколько минут назад радовались их прибытию. Лица лощинцев, совсем недавно добродушные, потемнели от гнева.

Наконец ещё один звук, подобный грому, перекрыл общий гвалт. Джаннер заметил краем глаза какое-то движение – это Радрик вскочил на палубу «Энрамеры». Хозяин лощин взмахнул над головой боевым молотом и что было сил так хватил им по мачте, что весь корабль затрясся.

– Я сказал – хватит! – взревел Радрик.

Настала тишина.

Лицо у Радрика раскраснелось, глаза пылали. Одной рукой он держал молот, другую сжал в кулак. Грудь у него была напряжена так, что на рубашке отлетели пуговицы.

– Если желаете бросить вызов Радрику бан Йорне – пожалуйста! Мятеж так мятеж! – Он гневно взглянул на толпу и оскалил зубы, словно подзадоривая сородичей.