Чудовище лощин

День был прекрасным и безоблачным, но ничто не могло снять тяжесть с души Джаннера. Ярко-оранжевая кайма на листьях сообщала, что в лощины скоро придёт осень, и Джаннер гадал, сильные ли здесь холода.

Все шли молча, радуясь, что Кальмар свободен, однако события минувшего дня висели над ними, как грозовая туча. Кальмар, казалось, не пострадал, хотя синяков под мехом всё равно не было видно. Впрочем, держался он настороженно и жался к Джаннеру.

Джаннеру хотелось спросить у матери или у Подо, что дальше, но он сомневался, что старшие задумывались о будущем – разве что о возвращении в гостиницу, где их ждали ужин и отдых.

– Смотрите, – сказала Лили, указывая на поле, где по траве босиком бегали дети. – Они играют в зибзи, мама?

– Вроде того, – ответила Ния.

– Эта игра малость погрубее той, к которой вы привыкли, – произнёс Подо. – Когда я впервые явился сюда, здешние ребята раскатали меня тонким слоем. А я, между прочим, был пиратом с самого грозного корабля, который когда-либо плавал по морю!

– Ты им не понравился? – спросила Лили.

– Отчего же, понравился! Но я был чужаком, вот и пришлось доказывать, что я чего-то стою.

– И что же ты сделал? – спросил Кальмар.

Он заговорил впервые после освобождения, и Джаннер обрадовался, услышав голос брата. Как бы он ни выглядел, как бы грубо ни обходились с ним стражи, Кальмар вернулся к родным.

– Поговорим за обедом, – сказала Ния, направляясь к гостинице. – Нам многое нужно обсудить, а потом дедушка расскажет свою историю.

Джаннеру показалось странным, что его мать так торопится.

Потом он заметил взгляды, которые она бросала на окна домов, стоящих вдоль улицы. Из-за занавесок выглядывали лица. Люди следили за ними, особенно за Кальмаром. Одни не скрывали подозрения, другие страха. Джаннер разглядел и гнев. И тогда ему тоже захотелось поскорей вернуться в гостиницу.

Когда они пришли, внизу никого не было, кроме женщины, которая прислуживала им накануне вечером. Грузно сидя в кресле у дымящегося очага, она устремила на них испепеляющий взгляд и сказала:

– Ну вот, как боялась, так и вышло.

Вы вернулись и волка с собой привели.

И вновь Джаннер ждал, что Ния вспыхнет, но та сохраняла спокойствие:

– Это мой сын. Надо понимать, гостиница опустела из-за нас?

– Да, – подтвердила женщина, отвернувшись. – Прошёл слух, что Серого Клыка отпустили на свободу и что он идёт сюда. Вот все и разбежались. У меня полный горшок тыквенного супа, а есть некому. Даже ваши кимерцы ушли.