Чужие секреты

Мы пили чай, когда в кухню вбежала Люська.

– Началось! – выкрикнула она, замерев на пороге.

– Что началось?

– Побочные действия укуса. У меня температура поднялась.

– Высокая?

– Выше нормы.

– Какая у тебя температура?

– Тридцать семь и один.

– Люсь, это несерьезно.

– Несерьезно? А когда будет серьезно, когда температура поднимется до сорока, я перестану ориентироваться в пространстве и начну бредить?

– Люська, сплюнь.

– Мне плохо, перед глазами все плывет… Это болезнь Лайма, я чувствую.

– Я вас предупреждал, – шепнул я Димону с Алисой.

– Димка, проводи меня в комнату, у меня слабость.

Весь вечер мы просидели возле кровати Люськи. Она лежала на спине, подложив под голову две большие подушки. Время от времени стонала, обводила нас отрешенным взглядом, прося дать ей градусник.

– Ты измеряла температуру десять минут назад, – не выдержал я во время очередного тяжкого вздоха и протянутой руки.

– Она поднялась. Я горю. Дай градусник!

Алиса обкусывала губы.

На Люську она смотрела, как на умирающую столетнюю старуху, ожидая, что та в любой момент скончается. Алиска сильно переживала, в глазах стояли слезы, а Люська, видя, что вокруг неё прыгают на задних лапках, вконец обнаглела.

– Алис, мне нужен компресс на лоб. Принеси миску с холодной водой и полотенце.

– Да, да, я быстро. Одна нога здесь, другая там.

– Димка, ты где?

– Я тут, Люсь.

– Подойди ближе, я хочу тебя увидеть.

Ошалевший Димон встал в изголовье кровати.

– Как ты?

– Мне нечем тебя обрадовать. У меня жар… Во рту пересохло.

Димон взял с тумбочки стакан воды.

– Нет, воды не хочу. Мне бы сочку сейчас. Виноградного.

– Виноградного нет. Но есть персиковый и апельсиновый. Тебе какой принести?

Люська закатила глаза и сглотнула.

– Я бы выпила виноградного, но если его нет… ладно, неси персиковый. Выпью его. Хотя хочется виноградного.

– Глебыч, где шлем, я смотаюсь на скутере в магазин.

Я посмотрел на Люську. Поймав мой взгляд, она быстро закрыла глаза.

– Шлем внизу.

Димон вышел.

– Тебе не стыдно? – спросил я.

– Почему мне должно быть стыдно? Я еле держусь…

– Не ври.

– Меня укусили!

– Всего лишь клещ.

– Он мог быть инфицирован.

– Давай градусник.

– Ну, сколько там?

– Офигеть, какая высокая, – хмыкнул я.

– Сколько?

– Тридцать шесть и восемь.

– Все равно повышенная! Норма – тридцать шесть и шесть. Не дураки норму устанавливали.