Чужое солнце

Это привело аборигенов в бешенство. Разъяренная толпа напала на Кука и заколола на глазах английских моряков. Его товарищи смогли только похоронить тело своего капитана в море.

Страсть людей к путешествиям не иссякает. В середине XX века, когда на нашей планете уже практически не осталось неизвестных земель, человек устремился в ближний космос, впервые вышел в космическое пространство, высадился на Луне. Новые поколения, конечно, отправятся в дальний космос, исследуя Галактику. Жажда знаний и приключений – одна из черт, отличающих человека от животного.

– А вот наша баба Нюра, – заметил Кирилл, – ни за что не стала бы путешествовать! Она вообще никогда в жизни никуда не ездила, только к себе в деревню, и при этом неплохо себя чувствует. Она как узнала, что я собираюсь вместе с мамой в экспедицию, так даже заплакала: зачем, говорит, мальчишку без дела таскать в такую даль?

– Ну, это, наверное, потому, что она старая и сил у нее мало, – предположил Даут. – Моя бабушка тоже не путешественница: у них дом был в тридцати километрах от Сухуми, а она только несколько раз в городе бывала – зачем, говорит? На свадьбу, на похороны – понятно, а без дела? Ни за что! И в Москву переселяться отказывалась, плакала.

Так ей дедушка приказал молчать, и она его послушалась. Но она и сейчас говорит: будь моя воля – никуда бы не уезжала, Абхазия моя родина, там мои предки похоронены, а Москва – чужое место.

– Разве вы не по своей воле переехали? – удивился Кирилл. – Ведь Москва – лучший город земли, здесь все жить хотят, нам же в школе говорили…

– Будь моя воля, – повторил Даут вслед за бабушкой, – и я бы никуда не уезжал.

В Абхазии все родное, понятное, не то что тут…

– Что же тут у нас непонятного? – удивился Кирилл.

– Ну… – Даут задумался. – Здесь люди совсем не так живут, как мы в Абхазии жили. Здесь совсем другие обычаи и порядки. Приходится привыкать. Другая культура, – добавил он и засмеялся: – «Культур-мультур», как мой отец говорит.

– Но если бы ты не переехал в Москву, мы бы с тобой не встретились и не подружились, – заметил Кирилл.

– Ну, тоже верно, – согласился Даут. – Но одно дело путешествовать для удовольствия, и совсем другое – когда начинается война, бомбят дома, людей убивают. Мы уехали из Абхазии от войны, когда наш дом сгорел и обезьяний заповедник разрушили… А отец там работал – по строительству. Хорошо, конечно, что я тебя встретил. В чужом месте без друзей очень трудно.