Чучело

Писал блестящие рассказы для детей о животных, о природе. Ему не было равных в этом жанре. А еще он любил талант в других людях. Он способен был перепечатывать рассказы молодых по несколько раз, бескорыстно, только для того, чтобы помочь одаренному человеку, несмотря на свою парализованную левую руку.

Когда я вновь стал сочинять, то это были только рассказы и повести для детей. Причем это была сознательная практика, потому что мне хотелось писать именно это. К тому же у меня была определенная идейная установка. Все мои герои-дети были хорошие люди, а жизнь им портили взрослые – родители, учителя и прочие.

Они часто их не понимали, наказывали. Не умели прощать случайные проступки. Это продолжалось довольно долго, пока я не стал приглядываться к своим героям более пристально. И обнаружил в них массу недостатков. Оказалось, что они бывают отъявленными лжецами, людьми, не умеющими держать данное слово, бывают даже предателями. Тут дело принимало совсем другой оборот. Я понял, что нельзя искусственным образом уйти в литературе от правды. И тогда я написал повесть «Чучело».

Завязка этой истории пришла ко мне из жизни. Я так привык к своим героям, что они стали для меня живыми людьми. Я просыпался и сразу попадал в их компанию, они окружали меня толпой, не давая мне передыху ни на минуту. Больше всех, конечно, я полюбил Ленку Бессольцеву, удивительное создание – и по любви, и по смелости, и по самопожертвованию. Вот истинно Божий человек. Именно из-за нее мне захотелось через несколько лет написать вторую книгу – «Чучело-2, или Игра мотыльков».

Когда вы будете ее читать, то увидите, что главная героиня этой повести обладает теми же замечательными чертами характера, что и Ленка Бессольцева.

Как ни грустно это звучит, можно сказать, что я прожил свою жизнь, хотя, между нами говоря, мечтаю дожить до ста лет. Знаю, что это очень трудно, но я буду стараться.

Если бы меня спросили, счастлив ли я был в жизни, я твердо ответил бы: конечно нет. Потому что в мое время в мире царили несправедливость, жестокость, насилие и противоестественная смерть.

– Но были же у вас радости? – спросили бы меня.

Я ответил бы: конечно были. И очень много, и самая большая моя радость заключена в том, что я дожил до времен свободы, пусть еще не совсем такой, как хотелось бы, но все-таки – свободы.

    В. Железников

Чучело

Глава первая

Ленка неслась по узким, причудливо горбатым улочкам городка, ничего не замечая на своем пути.