Чучело. Игра мотыльков. Последний парад

У нас борьба справедливая. Мы предложим Сомову отказаться от Бессольцевой. Ну а если он не согласится…

– Да наплевал на вас Сомов! – усмехнулся Валька. – Мы ему про бойкот, а он сел в экипаж и уехал… Попробуй догони!..

В этот самый момент дверь парикмахерской открылась, и совершенно неожиданно для всех оттуда выплыла Ленка. Ее нельзя было узнать – так она преобразилась. Вместо косичек у нее была настоящая прическа, волосы непослушными мелкими колечками доходили до худеньких торчащих лопаток.

Все ребята прямо обалдели от Ленкиного появления – на ловца, как говорится, и зверь бежит.

– Ничего себе выступает! – с завистью сказала Шмакова.

Первым пришел в себя Валька. Он сделал осторожный шаг к жертве и процедил, не разжимая губ:

– Заходи с разных сторон! – И они двинулись на Ленку.

Ленка тоже заметила ребят и бросилась было обратно. Только поздно: дорога отступления уже была перерезана – Рыжий стоял, облокотившись о дверной косяк парикмахерской, лущил семечки и лениво поплевывал себе под ноги.

Ленка пугливо заметалась – глаза туда, глаза сюда: где же Димка? Он ведь тут ее ждал.

Ребята подкрадывались к ней не спеша. Понимали, что ей некуда бежать, и не торопились. Один Васильев растерянно стоял в стороне.

– А кто это там стоит? – крикнул Валька. – Что это за писаная красавица?

Рыжий посмотрел из-под козырька и спросил, кривляясь:

– Игде, игде?

– Ребята, да она нас не замечает! – возмущенно закричал Лохматый, потрясая кулаками.

– Леночка, это же мы, твои одноклассники! – пропела Шмакова.

– А мы ей сделаем больно! Мы же вооружены… – Валька вытащил из кармана стеклянную трубочку, набил ее горохом. – «Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути», – пропел он, прицелился и выстрелил.

Ленка схватилась за щеку – ей показалось, что ее ужалила пчела.

– Заметила! – удовлетворенно хмыкнул Лохматый.

Ленка стояла как пригвожденная у белой стены парикмахерской, а Валька преспокойно ее расстреливал… в нос, в щеку, в губы!

Ей хотелось зареветь от боли и обиды, но она почему-то продолжала неподвижно стоять, непроизвольно хватаясь за места, куда попадали горошины.

А всем от этого было смешно, что она, как заводной человечек, которого дергали за ниточки, делала самые неожиданные и резкие движения.

Дверь парикмахерской снова хлопнула, и на пороге появилась тетя Клава. Ее лицо было полно гнева.