Шах и Машка

Но тут вошла мама. Увидела Шахову беду и не рассердилась ни капельки.

– Ну, значит, дело на поправку пошло! – говорит. – Это хорошо.

Из кухни Анька заявилась. Покрутилась возле маминых ног, хвост задравши, потом уселась и стала глядеть на Шаха. А мама почему-то ещё раз посмотрела на Шаховы дела, потом вышла из комнаты и скоро снова вернулась.

– Та-ак, – говорит, – Шах. А теперь расскажи – из-за чего твоя болезнь приключилась?

Мы так на маму опасливо посмотрели – что это с ней? А она продолжает:

– И не стыдно тебе, а? Я тебя спрашиваю, собака паршивая!

А Шаху словно всё до лампочки.

Улёгся возле дивана и щурится.

– Ещё и щурится! – возмутилась мама. – Бесстыдник! Вы знаете, что он натворил? – спрашивает она нас.

– Не-а, – хором ответили мы.

– Я сегодня Шаху и Аньке купила рыбы. Дала им по куску. Остальное в сени положила. Так вот этот оболтус нашёл пакет и всё слопал! И никакое у него не отравление было. Он просто нагло обожрался! Это же надо – два килограмма рыбы съесть!

Мы уставились на Шаха.

Да, это собака! Слопать два килограмма рыбы, и хоть бы что. Так это он, выходит, лежал отдувался, а мы-то лечили его! То-то он пить не хотел. Не в куда пить было. А Шах лежал и на нас добродушно поглядывал. Наверное, он так и не понял, что мы его лечили. Думал, что мы его после рыбы отпаиваем. Ну и псина!

Шах-мухолов

Мы с Вовкой сидели на веранде и делали мушки. Собрались завтра идти с утра за хариусами. А хариус, известное дело, на мушку жадный.

Шах рядом валялся и теребил кончик лески. Он подрос изрядно, вытянулся, и хвост у него колечком стал завиваться. Большая псина получилась.

А мушки у нас выходили загляденье. Мы у моей мамы ниток набрали шерстяных, у петуха хвост обкорнали и сидим, крючки обвязываем. Мушка – она ведь пушистой должна быть, чтобы по воде скользила, а не тонула. Работа эта тонкая, потому как рыба не дура, она сразу подделку увидит.

Я на Вовку погляжу – он сидит, язык высунет и будто им помогает. Но помалкиваем, говорить некогда.

Сделаем мы так мушку и на занавеску вешаем.

Шаху надоело леску теребить. Встал он, потянулся, головой вертит – что бы ещё такого поделать? А мы ноль внимания – не до него. Он покрутился, покрутился у ног, сходил Аньку обнюхал, что на пороге грелась. Та на него пошипела чуть-чуть, чтобы отстал. Совсем щенку заняться нечем. Тоска зелёная. И тут до Шаха муха докопалась. Летает вокруг и жужжит. Шах одно ухо поднял и давай за мухой следить.