Шепот в стенах

Неужели она замешана в этом?

– Вообще-то миссис Найт сказала, что ещё никогда не видела нашего директора в такой ярости, – продолжала Ариадна. – У неё даже руки дрожали. Похоже, она боится мистера Бартоломью. Как ты думаешь, именно поэтому она всем рассказывает, что ты новенькая в этой школе? Но ведь директор не может быть таким же плохим, как мисс Фокс, правда же?

Я пожала плечами. Не хотелось думать, лучше мистер Бартоломью, чем мисс Фокс, или нет… Но если миссис Найт его боится, то, вполне возможно, именно поэтому она и не говорит никому правду обо мне.

В таком случае Ариадна права. Целиком и полностью права.

– Насчёт всего этого будет проведено собрание, – добавила Ариадна, и у неё вдруг мелко задрожала нижняя губа. – Надеюсь, меня не выпорют тростью.

– С какой стати тебя должны выпороть?

– Ну… я же подслушивала… – и она так побледнела, будто только что созналась в каком-то ужасном преступлении.

Я рассмеялась и легонько похлопала её по спине:

– В этой школе, конечно, целая куча всяких правил, но я ни разу не слышала о том, что здесь запрещается подслушивать чужие разговоры.

Нет такого правила, слышишь?

– Уф! Действительно нет, – облегчённо выдохнула Ариадна.

Я повернулась к своей сестре:

– Скарлет, а тебе что-нибудь известно о том, что именно украли?

– Не-а, – ответила она, жуя свою мерзкую холодную овсянку. – С какой стати я должна что-то знать об этом?

Я нахмурилась. У меня возникло подозрение, что сестра что-то от меня скрывает.

Причём старательно скрывает.

На сцену перед собравшимися вышла миссис Найт, и я обрадовалась. Видеть мистера Бартоломью мне совершенно не хотелось.

– Девочки, – начала миссис Найт, – боюсь, что сегодня нам придётся обсудить очень серьёзное происшествие, я бы даже сказала – чрезвычайное. Прошлой ночью у нас в школе произошла кража, – тут по залу прокатился удивлённый гул, не ахали и не охали, пожалуй, только Скарлет, Ариадна, ну и я, разумеется.

 – Следов того, что в школу могли проникнуть со стороны, не обнаружено, поэтому приходится подозревать, что кражу совершил кто-то из своих. То есть из вас. И я должна вам сразу сказать, что это меня очень огорчает. Ужасно огорчает…

Где-то в передних рядах поднялась рука.

– Да, Лиза?

– А что украли, мисс?

– Одежду, принадлежащую Пенелопе Винчестер. Стащили её из прачечной, где она сушилась.

Вот теперь пришла моя очередь сильно удивиться.