Школьный год Славы Светлакова. Пятиклассники

Эх, Нине Николаевне бы ничего объяснять не пришлось, она бы все поняла, а этим все равно не объяснишь. Они обе наперебой орали на меня странно похожими визгливыми голосами. По их мнению выходило, что я весь такой-растакой, что обо мне колония плачет, что все хулиганские поступки в школе исходят от меня. Я, наверное, рассмеялся бы. Тоже мне, нашли преступника, в пятом-то классе…

– А эта отвратительная драка…

– Ага, а я один, что ли дрался? Сам с собой? – я тут же вынужден был остановиться, близко оказался комок в горле.

Еще подумают чего.

– Молчи уж!

Ну, вот и пойми этих взрослых. То, «что молчишь», то «молчи».

– С Анатолием я потом тоже переговорю.

Опять непонятно. Почему Редькин – Анатолий, а я – Светлаков. Никакой справедливости.

– Может директора позвать? – заискивающе спросила математичка.

– Какой директор, уважаемая Мария Мироновна? Сами разберемся.

А в чем тут разбираться? Ничего плохого я не делал. Драка? Так все дерутся. Чернила? Не нарочно же. Случайно.

– Ну, что, так и будешь стоять? – Каланча как клещами схватила меня за плечо, сильно встряхнула.

Я только помотал головой. Еще не хватало перед ними разреветься.

– Ладно, иди, – неожиданно проговорила русичка, – еще один проступок, будем вызывать инспектора детской комнаты милиции.

Я стремительно вылетел из школы.

Фу, пока пронесло…

3

Первым был урок физкультуры. Он мне всегда нравился. Только тут можно ни о чем не думать, а только бегать, прыгать и за это удовольствие еще и оценки получать.

Красота одним словом. На этот раз Георгий Валентинович, старшеклассники еще почему-то называли его Плехановым, наш физкультурник, решил провести зачет по прыжкам в высоту. Раньше я никогда не добивался в этом особых успехов. Но должен же я когда-то справиться. Тем боле, что совсем недавно по телевизору шел новый фильм «Право на прыжок». Так там главный герой вернулся в спорт после операции. Неужели я не смогу? Тем более, что у меня-то никаких операций не было.

Первая высота – семьдесят сантиметров.

Это легко. Разбег, прыжок. Почти весь класс преодолел эту высоту.

Восемьдесят.

Одноклассники начали сходить с дистанции. На удивление с этой высотой не справился и Редькин.

Девяносто.

Отсеялось еще несколько человек.

Сто.

На этой высоте сошел и Генка. Из всего класса нас теперь осталось только двое: я и, как ни странно, Оля Першина. От нее я этого никак не мог ожидать.

Сто десять.

Мы все еще вдвоем.