Рождение казака

– А в остальном всё как заказывали, – хмыкнул Глеб и, метая гневным взглядом пушечные ядра в одноклассника, приглушённо пробормотал:

– Один подросток-переросток с ангелом в бронежилете, а второй благодаря одному бесценному комментарию, его денщик! И почему я не удивлён, что по милости Степанцева мы опять куда-то вляпались? Хороший понедельничек выдался, прямо-таки замечательный!

И тут, словно из неоткуда появился пожилой мужчина, в расшитом узорчатом сюртуке*, чёрных кюлотах**, белых шёлковых чулках и пышном воротником жабо***.

– Это ещё что за соколики с Кавказа?! Из Фельдъегерской службы****? Только они, живя по девизу «Промедлить – значит потерять честь (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A7%D0%B5%D1%81%D1%82%D1%8C)!» могут, в чём попало даже во дворец явиться. Поди к Емельяну Прохоровичу вам надо. А если на оказию вас кто увидит, а если сам император? – причитая в тональности вальяжного кота, он складно поговорил сам с собой, часто касаясь седеющих зачёсанных назад волос средней длины, и приглушённо скомандовал, – а ну-ка молодцы за мной без оглядки! – и резко развернувшись на чёрных туфлях с декоративными пряжками, мужчина пустился вниз по лестнице и распахнул дверь, через которую тут же ворвалась прохлада, наполненная влажным благоуханием осени.

Икнув, сын психолога растеряно пролепетал:

– Гляди-ка, тут и другие люди под глюками путешествуют.

– Скорее за ним! – подтолкнул Пашу Глеб, скинул бурку и, схватив её в охапку, пустился резвым кабанчиком вслед за неизвестным.

Паша снял кубанку, бережно пересадил в неё мать, тоже сбросил бурку и, перекинув её через плечо, с замирающим сердцем помчался за Бойченко, на удивление казавшимся абсолютно спокойным и рассудительным. Единожды оглянувшись, Степанцев ощутил мощь архитектурного величия. Лазоревая лента фасада дворца с множеством колон, античных статуй и золочёным орнаментом выглядела по-праздничному торжественно.

Преодолев внушительное расстояние через великолепно обустроенную парковую зону с двумя живописными прудами, они оказались вдали от дворца, в каком-то длинном двухэтажном белом здании, которое судя по характерным звукам и возбуждающим аппетит ароматам, являлось императорской кухней, хоть внешне и выглядело как купеческий особняк.