Миранда. Книга четвертая

– Выходи, – дверь открылась, и на пороге был ее очередной «сопровождающий». – Заскучала? – ехидно заметил он – Сейчас тебя развеселит Генри.

Миранда сглотнула комок от набегающей паники. Развеселит, – звучало бы в другой ситуации игриво и непринужденно, но сейчас хотелось бежать без оглядки или закричать, потому как нервы сдавали, и сил держаться уже не было.

В комнате Генри и Миранда остались одни. Он улыбался, но скабрезная улыбка была настолько отталкивающей, что не обещала ничего хорошего.

– Снимай свое платье, – поерничал он и начал расстёгивать пуговицы на своей темно-зеленой рубашке.

От всего происходящего Миранде стало дурно. Его жирное белесое тело вызывало неимоверное отторжение и омерзение. Он был уже стар для каких-либо утех, в том числе и любовных. Складки на боках, свидетельствующие о лишнем весе, перетянутый чересчур ремень от брюк, который образовывал «фартук», свисающей кожи от живота. Генри явно не выглядел обольстителем, вероятно, ему было лень следить за собой, и все его женщины находили другие плюсы в общении и сексе с ним.

Но Миранде от размышлений не становилось легче. Свой первый раз она представляла не с жутким мужчиной, не со стариком, оказавшимся хитроумным гангстером.

Генри, видя, что она задумалась, подошел и резко дернул плед на себя, растерянная Миранда даже не успела прикрыться. И тут неожиданно от всего происходящего, ее накрыла злоба и ненависть к своим мучителям.

С грацией кошки, она набросилась на него, буквально свалив с ног. Он неуклюже плюхнулся сначала на толстый зад, а потом от удара в нос упал головой навзничь. Миранда избивала его будто боксерскую грушу, но длилось все недолго. Он завизжал от боли, противно и звонко. В проеме двери тут же возникли все трое головорезов и ошалело смотрели на эту для них пародийную картину. Миранда восседала сверху, а бедняга-хозяин уже не различал очертания предметов оттого, что лицо заливала кровь от рассечений.

– В подвал эту суку и воспитайте там ее как следует!!! – орал он от своего неожиданного позора.

Миранда подхватила свой извечный плед, чтобы закрыться, но Генри истошно верещал от боли и злобы:

– Отберите у нее плед, пусть ночь охладит ее тупую голову!

И вновь куча жестких, яростных ударов обрушилась на нее, как только она переступила порог своей тюрьмы.