Экзамен на выживание

Встретиться вы должны вот здесь, – Сергей Викторович указал в пункт, обозначенный на карте значком в виде шалаша с белым флагом. – Следующим утром измените направление и оправитесь на север. Будете идти прямо, никуда не сворачивая, и в конце четвертого дня пути должны прийти в конечный пункт. Это также будет большая поляна, но вместо шалаша на ней будет небольшая избушка местного лесника. Там вас будет ожидать вертолет, который который в случае вашего опоздания отправится на поиски.

– А если мы случайно заблудимся, или вдруг случится ЧП? – обеспокоено спросила Катя, которая мысленно уже находилась в непроходимом лесу.

 – Кто-нибудь придет нам на помощь?

– Конечно, Катерина, не волнуйся! У каждой группы будет вот такая сигнальная ракета, – с этими словами Сергей Викторович вытащил из кармана какую-то штуковину, умещающуюся на его широкой ладони, и продемонстрировал ребятам. – В случае крайней необходимости вы сможете подать сигнал, и поисковый вертолет начнет действовать незамедлительно. Но, я думаю, ракеты вам не понадобятся: все пройдет благополучно, и вы без проблем доберетесь в срок до указанного пункта.

Игорь, Костя и девчонки одновременно сплюнули через плечо и постучали по дереву. Рита, конечно, не могла удержаться от того, чтобы не использовать для этой цели вместо стола Костину голову. Илья, стоящий под открытым окном аудитории и не пропустивший ни единого слова, сплюнул тоже – на всякий случай – и побежал к дереву, растущему в нескольких метрах от него. Вадим в приметы не верил – он считал, что никаких сверхестественных сил не существует, и во всем полагаться нужно лишь на себя.

Славик, шестой участник похода, и вовсе отсутствовал.

* * *

«…К этому моменту у меня уже было все готово! Я видел свой план так отчетливо, что казалось, уже проделывал все до мелочей когда-то, может быть во сне. Еще бы! Ведь все мои мысли были направлены только на обдумывание плана.

До завтрашнего утра, на которое был запланирован сбор всей команды у Школы, оставалось всего несколько часов.

Я должен был еще раз все взвесить, продумать каждый свой шаг, каждое действие, чтобы ничего не испортить. Я не сомневался, что эти самоуверенные придурки ничего не заподозрят, по крайней мере первые три-четыре дня. А потом уже будет поздно, слишком поздно для того, чтобы что-то исправить!

Тот факт, что я был один против этой четверки, меня не смущал. Во-первых, меня обрадовало отчисление этого рыжего задиры. Он был, пожалуй, наиболее опасным противником.