Испить чашу до дна

– Ветрова, – сказала она недавно Ольге, подсев к ней за столик в буфете. – Мне кажется, у тебя нет даже любовника. Чего ты ждешь? Попрыгаешь еще десять лет в массовке, потом тебя вместо коврика будут на сцене расстилать. Ты же ничего. А в том фильме вообще красотка. В чем дело?

– Да так, – пожала плечами Ольга и решила похулиганить. – Вот у вас тоже нет любовника, но вас не расстилают вместо коврика.

– Так это мой формат, – спокойно заявила Нина Глебовна. – Я сама за себя. Считается, что у меня никогда и не было любовника, хотя это не совсем так.

Я всегда была слишком оригинальной и немного гениальной. Ну и скромной, конечно.

– Ну не всем же… – рассмеялась Ольга.

– Не всем. Тебе нужно замуж, мне кажется. Раз ты не умеешь зарабатывать тем местом, которым сейчас в основном зарабатывают. А ты не умеешь однозначно. Приоденься, походи по этим… тусовкам, найди кого-нибудь. Только не актера. Они все козлы и альфонсы. С режиссерами тоже не вариант. Надо найти нормального и желательно тупого.

– Почему?

– Потому что умные мужья – это большой геморрой.

Они разговаривают. Кстати, сегодня, когда я встала с трона в последнем действии, мне показалось, что у меня геморрой…

Назарова встала и ушла, не прощаясь. Ольга сидела, растерянно улыбаясь: ей было смешно, а глаза… Ну, опять горячие и мокрые. Не хватало сидеть тут, как печальный клоун, – смеяться и плакать.

Ольга вспомнила этот разговор, вытираясь после душа, и почувствовала, что слезы снова на подходе. Она стала совсем истеричкой! Нет, только не думать о том, что Виктор не звонит больше недели.

Значит, в ее жизни Виктор кончился, вот и все. И тут раздался звонок.

– Да, Витя… Да, все нормально. А ты? Что? Хочу ли я, чтобы мы были вместе? Ты еще спрашиваешь? Я не могу ответить, реветь начну… Ты купил нам квартиру? Я не могу в это поверить…

Ольга пошла в свою комнату в коммуналке, где сейчас, кроме нее, никто не жил, потеряла по дороге полотенце. Она стояла, голая, дрожащая, и смотрела на свою фотографию на стене – единственное яркое пятно на фоне беспросветно убогой обстановки.

К нам вернулась удача? Она обращалась к той, сияющей красавице. Потом повернулась к зеркалу и увидела чудо. Ее глаза стали вновь глубокими и чистыми, кожа нежной и прозрачной, рот приоткрылся, словно для поцелуя. Вот так. Назарова не просто гениальна, она экстрасенс какой-то. Нужно ей обязательно сказать, что Виктор не тупой и в то же время не так уж много разговаривает. Он как раз молчаливый скорее.