Испить чашу до дна

Понимаю, что у вас мало времени, поэтому постараюсь кратко. Виктор сообщил мне, что решил жить с вами. Сказал, что вы – актриса, назвал фамилию, так я вас и нашла. Вопрос такой: давно вы полюбили моего мужа?

– Да… Несколько лет. Мы познакомились на капустнике. Меня пригласили там выступить…

– Понятно. А мы женаты двадцать шесть лет. У нас было двое детей, счастье, несчастье, охлаждение, сближение… Возможно, он кем-то увлекался и раньше, не знаю. Но еще никто этим не пользовался. И только вам пришло в голову воспользоваться нашим горем.

– Я не понимаю… О каком горе вы говорите?

– Вы не в курсе?! Он забыл сообщить любимой женщине, что недавно убили нашу дочь? В которой он, кстати, души не чаял.

– Я не знала. Витя не говорил.

– Ну вот я вам сказала. И объяснила. Не вы ему нужны. Он просто бежит от самого себя. Постарайтесь это понять вовремя. Иначе… Знаете, есть такое понятие: полоса несчастий.

– О чем вы говорите? – в ужасе спросила Ольга.

– Давайте не будем играть в детский сад. Попробуйте сами поразмышлять.

Я вот вас поняла. Прочитала биографию в Интернете. Ни мужа, ни карьеры. Но, как говорят, на чужом горе счастье не построишь. Творческих вам удач, Ольга Петровна.

Ольга смотрела полными слез глазами в удаляющуюся прямую спину в черном пальто и чувствовала, как она вся, с головы до ног, наполняется тоскливым вязким туманом, который пока ее спасает от настоящей боли. Слова «Ольга Петровна» клинком застряли в сердце. Ее очень редко называли по отчеству. А с такой ненавистью… Боже! Что произошло? Что делать? Почему Виктор не рассказал о смерти дочери? Значит, он действительно не любит ее, не доверяет ей.

Она не знает, что это значит.

– Что с тобой? – раздался над ухом властный голос Назаровой. – Ты похожа на утопленницу.

– Я умираю, Нина Глебовна, – прошептала Ольга. – Это была его жена. Она меня пугала, обижала… Я не могу выйти на сцену!

– Спокойно! Без истерик. На то она и жена, чтобы пугать. Это ее дело, твое – хватать ее мужа. Но, конечно, не в таком виде.

Сейчас ты не схватишь даже лягушонка. Иди домой.

– Но как… Худрук меня уволит. Он только повод ищет.

– Не уволит. Я скажу, что ты растянула ногу. И чтобы он шел в задницу. Я всегда ему это говорю. Мне кажется, он при этом ловит кайф. Извращенец. Быстро хромай домой. Напейся там, если сможешь. Поспи, приведи себя в порядок. И – в бой! Завтра тоже не приходи. А послезавтра все мне расскажи подробно! Между нами, эта тетка мне сильно не понравилась.