Испить чашу до дна

Две пары глаз внимательно и тревожно уставились на нее. У Толика глаза темно-карие в черных длинных ресницах, у Кати – светло-карие, почти рыжие, и реснички светлые…

– Сейчас будет компот и пирожные, – постаралась улыбнуться Лиля распухшими от плача губами. – Вкусные, вот увидите…

Толик встал из-за стола и подошел к ней.

– Спасибо, тетя Лиля. Только мы, наверное, лучше пойдем погуляем. Пока за нами мама не придет. Правда, Катя?

– Неправда! – вдруг заревела Катя. – Ты плохой. Ты обидел Лилю. Я подслушала: она плакала в ванной.

Ты и меня напугал. Ты сказал, что Люда умерла и ее сейчас в могилку зарывают. Это неправда все! Ты злой!

– Боже мой, – в отчаянии произнесла Лиля. – Дети, что же нам делать? Мы ни с чем не справляемся. Я хотела, чтоб вам стало немного уютнее. Потому что, Катенька, Толик сказал правду. Люды больше нет на земле. Но она где-то рядом с тобой будет всю жизнь. Ну, как ангел, понимаешь?

Катя замерла с открытым ртом, пытаясь осмыслить то, что услышала. А Толя резко отвернулся и пошел к окну.

Лиля обеспокоенно посмотрела на его напряженную тонкую шею, круглый детский затылок, уловила тяжелый взрослый вздох. Для нее это было как удар: он страдает! А она только что убивалась лишь о себе. Она встала рядом с ним.

– Мне легче понять Катю, она маленькая, – сказала она. – Ее можно прочитать, как книгу. С тобой все иначе. У тебя свое мнение обо всем. Свое отношение. Ко мне, например. Я его не могу изменить.

Он посмотрел на нее влажными глазами.

– Вы не поняли, тетя Лиля. Я не знал, как поблагодарить вас за то, что вы тут с нами… Я не умею. А вы убежали плакать. Я ж ничего такого…

– Говори мне «ты», как Катя. И называй Лилей, пожалуйста. Не люблю я быть тетей.

Когда Илья открыл дверь своим ключом и вошел в кухню, он увидел такую сцену: Катя висела на шее у Лили, Толик деловито раскладывал вишни в чашки для компота. У всех были красные глаза и носы.

– Обедаете? – спросил он.

– Да, – ответили все трое и посмотрели на него испуганно.

Он ведь вернулся ОТТУДА.

– А где Вера? – спросила Лиля.

– Она с родителями поехала домой. Придут еще знакомые на поминки. Я заехал за детьми.

– Илюша, – сказала Лиля. – Может, пусть останутся здесь? Это не для них мероприятие, честное слово. Дети, вы хотите остаться?

Они не ответили, только благодарно выдохнули. Им было страшно ехать на эти непонятные поминки, где не будет Люды.

– Хорошо, – сказал Илья. – Я скоро вернусь.