Элис в стране игрушек

– Дела, несомненно, важные! – Бобёр заметно засмущался, явно оправдываясь, – Но не очень! Мы так-то, собственно говоря, и сами уже собирались уходить!

Он торопливо встал из-за стола и начал хлопать себя лапами по карманам, словно что-то потерял. Карманов было много на его рабочем халате, и все они были чем-то заполнены и, судя по всему, вещи эти были чрезвычайно важные.

Затем Бобёр снял с головы, свой запылённый берет, и зачем-то заглянул внутрь его. Внутри берета ничего не было, как и на голове Бобра, тоже ничего не было, если не считать большой блестящей лысины, с окантовкой из редкого пушка вокруг неё.

– Вы, наверное, что-то потеряли! – предположила Элис и пошла к бобру, что бы помочь ему найти то, что он потерял, – Мой дедушка так всегда делает, когда не может найти свои таблетки! Давайте я вам помогу их найти! Вы не стесняйтесь, мне не трудно вовсе!

– Нет! Нет! Не надо! – запротестовал Бобер, не ожидая от девочки такого заботливого напора, и попятился назад.

Позади Бобра оказался только стул, а чуть дальше стена. Соприкоснувшись и с тем и с другим, он не удержав равновесия, неуклюже рухнул на пол. Падая, он пытался удержаться на ногах, хватаясь за все, что попадалось под руку. В итоге иллюминатор с рыбками неожиданно качнулся и полетел на пол вслед за Бобром.

Заяц, как истинный спортсмен и просто отважный мужчина бросился ловить падающий иллюминатор. Но видимо далеко не все вершины спортивного мастерства, подвластны даже выдающимся атлетам.

В итоге Заяц упал на бобра, а рядом с ними разлетелся вдребезги, ударившись об пол, иллюминатор с рыбками.

Элис с силой зажмурила глаза и сжала свои кулачки. Она решила, что сейчас корабль начнёт заполняться водой и очень быстро пойдёт ко дну, прямо в гости к морскому царю, так красочно описанному в разных книжках.

Но никаких звуков втекающей в корабль воды Элис не услышала и тем более не увидела ничего такого, когда открыла свои крепко зажмуренные глаза.

Разве что немного разлитой воды и стёкол на полу, а также несколько рыбок, которые отчаянно трепыхались, оставшись без своей привычной среды обитания.

– Ох! – раздалось где-то под лежащим на полу поперёк Бобра Зайцем.

Судя по хриплому голосу, это был пострадавший от своего недоверия к юной гостье Бобёр. Его пыльный, а теперь ещё и мокрый берет, лежал рядом в большой рукотворной луже, вовсе не похожий на бойкую лодочку.