Паргоронские байки. Том 5

 – Мэтр Арминатти, почему вы нас не одергиваете?

Арминатти только слабо улыбнулся, сидя в кресле с полузакрытыми глазами. Он чувствовал сонливость и даже сильную слабость. Чувствовал, как ослабевает реальность его физической оболочки. Ему не хотелось шевелиться, не хотелось говорить – только сохранять покой и слушать эту привычную дискуссию коллег, ворчливую болтовню старых друзей…

Ученый совет Мистерии нетороплив и консервативен. Его состав редко обновляется, некоторые сидят в креслах по несколько веков. Тот же Альянетти, который на триста лет старше Арминатти, но выглядит куда бодрей и энергичней… есть у Арбораза это преимущество долгожительства, они очень надежно привязаны к физическому миру.

– Давайте перейдем к самой неприятной части повестки, – предложил Медариэн, снимая полог тишины. – Введите подсудимую.

Суд. Он случается далеко не в каждое заседание, поскольку с обычными магиозами Кустодиан разбирается своими силами, лишь изредка запрашивая одобрения. Но дела профессоров рассматривают всем ученым советом – и сегодня одну такую ввели в шестиугольный зал Гексагона.

На руках у обвиняемой висели корониевые кандалы, а сопровождал ее сам префект.

– Лефория э’Стуккей, профессор Даксимулета, – представил волшебницу Горотти. – Обвиняется в продаже волшебного оружия в Империю Зла.

– Она агент Зла? – уточнил Локателли.

– Нет, просто недобросовестный артефактор. Необычны только масштабы поставок – до пятисот клинков в луну.

Ученый совет изумленно зашептался. Мэтресс э’Стуккей была всем тут известна – она действительно одна из лучших создательниц зачарованного оружия, ее изделия неподражаемы.

Но пятьсот в луну… то есть, получается, по девятнадцать в день… это поражает.

– Вы что, задались целью в одиночку вооружить все Легионы Страха? – подался вперед Локателли.

– У них более чем хватает и своего оружия, – заметил Медариэн. – И свои производители тоже есть. Если Бельзедор обратился к внешним источникам… он затевает большую войну?.. С кем?

– Мы тоже пришли к таким выводам, – кивнул Горотти.

 – Но у подсудимой нет ответов, ее уже психозрили.

– Могу ли я удостовериться? – посмотрел на волшебницу Медариэн. – Вы позволите, мэтресс?

– Не в моем положении возражать, – уныло ответила э’Стуккей, опустив взгляд.

Трудно спорить, что Медариэн – лучший психозритель среди ныне живущих. Даже в корониевых кандалах э’Стуккей оставалась профессором – но Медариэн проник в глубины ее сознания, словно повернул ключ в замке.