Паргоронские байки. Том 5

 – Откуда тут взялся?

– А я – решение проблемы, – улыбнулся паренек. – Знаю способ, как с этим колдуном совладать.

– Говори!

Сейчас король Марюлии от кого угодно совет бы принял, лишь бы хоть какой дали.

– Скажу… только что мне за то в награду будет?

– Если совладаешь с колдуном – что хочешь проси! – нетерпеливо сказал король, в ужасе глядя на Люгошу, который уже вел принцессу в свой ужасный дворец.

– Ловлю вас на слове, – улыбнулся паренек. – Вы, ваше величество, скажите просто колдуну слова заветные – он силу вмиг потеряет.

Выслушал их король. Стиснул гневно кулаки и лично пошел правосудие вершить, а с собой только четырех гвардии рядовых взял.

Странный дворец получился у Люгоши. Огромный, роскошный – но странный. Будто некоторый безумный зодчий его выстроил – с причудливыми углами, с режущей глаза раскраской, идущими в никуда коридорами, да дверями высоко на стенах и даже на потолке.

Но Люгоша далеко не ушел – только до ближайшей залы.

И когда на пороге появился король, Люгоша искренне ему обрадовался:

– Мир тебе, тестюшка! – воскликнул он. – Смотри, как я ладно тут все обустроил! Ты теперь и отдыхать можешь – я дальше сам королевством править буду!

Король шагнул вперед. И прежде, чем Люгоша еще что скажет, указал на него пальцем и отчеканил:

– В море птицы голосят, в небе рыб бежит косяк! Был фазан – и нет фазана, ты один теперь, дурак!

– Что?.

– Слякоть солнца, тьмы нагар, отдавай назад мой дар! – выкрикнул последние слова король.

– Чего?.. – заморгал еще чаще Люгоша.

– Взять его, – велел король гвардейцам. – В бочку посадить… нет, на месте зарубить!

– А, вот вы чего удумали?! – рассердился Люгоша. – Властью пестрого фазана, пусть король, да все солдаты его тоже лопнут!

Принцесса закричала, прижала ладони ко рту. Король невольно вздрогнул, втянул голову в плечи.

Но… ничего не случилось. Не сработало волшебство-то, не соврал странный паренек.

И через пару секунд на изумленного Люгошу обрушились удары сабель. Секли его гвардейцы зло, ожесточенно, а когда закончили – был то уж не человек, а месиво кровавое. Зарыдала все еще очарованная принцесса, забилась в истерике, бросилась на тело своего ненаглядного.

И только насмешливый клекот фазана звучал где-то вдали.