Эмма Мухина и Тайна одноглазой Джоконды

 – Если вы такие шустрые ребята, что самому Паштетову рога обломали, то где его оружие?! Паштет никогда не расстается со своей пушкой. Это я точно знаю.

– Не было у него никакой пушки, – сказала я.

Мне совсем не хотелось отдавать этому типу «кольт», который я захватила в честной борьбе. Он мне еще самой пригодится, раз уж я теперь телохранительница.

– Значит, не было пушки, – с усмешкой повторил Молодцов, глядя на оттопыренный карман моей куртки (где как раз и лежал «кольт»). – Ну-ну. А с какой целью вы прибыли в Питер?

– Это что, допрос?! – вскинулся Немухин.

– Какой же это допрос, – лениво произнес суперопер. – Допросы я по-другому провожу. – И как бы невзначай добавил: – А вы, случаем, не родственники?

– Нет, не родственники, – сухо ответила я.

«Дурум-бурум, бурум-дурум», – неразборчиво заговорила рация в кабине «уазика». Но крепыши все поняли.

– Гриша, – позвал один из них Молодцова. – На Марата ювелирный грабанули!

– Едем! – коротко бросил Молодцов. – Заводи колымагу.

И, уже сидя в машине, прокричал нам с Немухиным:

– Завтра в одиннадцать придете ко мне в Следственное управление. Лиговский, 145-ть. Усекли?!

– Усекли, – ответила я, мысленно посылая его куда подальше.

Полицейский драндулет лихо развернулся; мигалка замигала, сирена завыла; и «уазик» погнал по платформе, разгоняя провожающих и уезжающих, словно голубей.

Ну а мы с Немухиным потопали в «Невский Палас».

Глава XII. Взрыв в гостинице

Гостиница «Невский Палас» находилась на Невском проспекте.

По дороге нам попались два красочных рекламных плаката. На одном была изображена «Джоконда» со своей загадочной полуулыбкой, а на другом Элька Синичкина. У Эльки, в отличие от Джоконды, улыбка была до ушей.

В первой рекламе говорилось, что в Эрмитаже экспонируется бесценный шедевр Леонардо да Винчи «Джоконда»; а во второй сообщалось, что в Мариинском театре проходит конкурс «Супермодель России».

– Послушайте, Эмма, – сказал Немухин, когда мы уже подходили к гостинице, – я забронировал двойной номер.

Это два номера, соединенные между собой. Не могли бы вы поселиться в одном из этих номеров? Раз уж вы моя телохранительница.

– Хорошо, – согласилась я.

– Тогда, если вы не возражаете, я скажу портье, что вы моя дочь.

– Ладно, – кивнула я.

Так мы и поступили. Сказали усатому портье, что я Эмма Немухина; забрали ключи от 203-го и 204-го номеров и поднялись на второй этаж.