Эрик Фоглер и проклятие замка Мисти

А если не знать маршрут, практически невозможно разглядеть дорогу, ведущую непосредственно к замку.

В то ноябрьское утро очертания крепости, как обычно, скрывал густой туман. Когда автомобиль свернул на подъездную дорогу, молодые люди различили толстые каменные стены, словно скрытые под огромной беззвучной паутиной. Шофер дяди Леонарда наизусть знал все изгибы дороги и, несмотря на окружавшую их со всех сторон белую пелену, уверенно доехал до стоянки у главных ворот замка.

– Замок-аббатство Мисти, – тихонько проговорил он, заглушив мотор.

– Уже приехали? – спросил Эрик, заранее зная ответ.

Пэдди О’Коннор ограничился кивком, а затем вышел из машины, чтобы открыть багажник. Без особых церемоний он вытащил оттуда «Шантель» и дорожную сумку и, не проронив ни слова, двинулся вперед сквозь туман. Видя, что он не намерен их дожидаться, молодые люди поспешно покинули автомобиль и бросились вслед за ним: его фигура то исчезала, то снова появлялась в густой пелене тумана, словно призрак.

Дворецкий Тревор медленно открыл входную дверь.

Дерево тихонько скрипнуло, и за его спиной возникла еще одна фигура: худощавый мужчина невероятно высокого роста с выступавшими скулами и огромными мешками под глазами.

– Молодой господин Эрик, – приветствовал он гостя с едва заметным поклоном, после чего, вопросительно взглянув на его спутника, догадался: – А вы, вероятно, Альберт Циммер.

– Да, сэр, – ответил молодой человек, не осмеливаясь вынуть руку из кармана.

– Госпожа Фоглер некоторое время назад звонила нам, чтобы сообщить, что вы тоже будете присутствовать на похоронах.

Пожалуйста, проходите. Мы вас ждем.

Рыжий мужчина, с волосатыми руками, в рубашке с засученными рукавами, с резкими манерами, выхватил чемоданы у шофера и устремился по направлению к лестнице, ведущей на второй этаж.

– Мой «Шантель»! – только и смог произнести Эрик, протягивая руку.

– Не беспокойтесь, сударь, – попытался успокоить его дворецкий. – Деклен отнесет их в ваши комнаты.

Стоя в холле у входной двери, они наблюдали, как коротконогий мужчина бегом поднимается по ступенькам, так, словно от этого зависит его жизнь.

Вместе с «Шантелем» и кожаной сумкой Циммера он пронесся мимо огромного портрета, висевшего на стене над первым лестничным пролетом. Дальше лестница разветвлялась на две стороны. Деклен Моллой свернул направо и исчез в одной из галерей.

– Не будете ли вы столь любезны… – проговорил Тревор, приглашая гостей следовать за ним.