Этот несносный Джеффри

Неожиданно возникла небольшая проблема, и я, скрепя сердце, передала кузену свой дневник.

– Подержи, пожалуйста.

– Что это еще за фигня? – Он повертел «молескин» в руке и большим пальцем попытался его открыть.

– Не смей! – испуганно воскликнула я, толкнув его в бок.

– Я просто посмотрю! Это что, твой дневник?

– Нет! – поспешно ответила я, чувствуя, как полыхнули щеки. – Это… это мой альбом с эскизами. Я учусь рисовать, к твоему сведению.

Он фыркнул и закатил глаза.

– Наверное, что-то серое, как вся твоя жизнь, – с сарказмом заметил он.

Я ничего не ответила, стряхивая с себя босоножки. Джеффри с интересом наблюдал за этим процессом и рассмеялся, увидев, как я сразу стала намного ниже его.

– Теперь я понимаю, почему ты ходишь на этих копытцах, – ты карлик!

Я ненавидела шутки про свой рост больше всего на свете, но не показала, что меня это как-то задело. Я лишь вырвала у него свой драгоценный блокнот и, гордо задрав носик, как будто так можно было стать чуть повыше, направилась вперед.

– Я не собираюсь кончать свои дни среди кустов, – проворчала я и оглянулась.

К моему немалому удивлению, Джеффри тоже снял свои кроссовки, довольно потоптался на одном месте, привыкая к новому ощущению, и упругой походкой прошел мимо меня.

– Тогда не отставай, Сурок!

Я поспешила за ним, опасаясь, что он сейчас скроется за одним из поворотов и я потеряю единственную живую душу среди этого ровного зеленого ужаса.

– Я не сурок, – обиженно заметила я. – А зачем ты снял кроссовки?

– Просто так, – он оглянулся через плечо.

 – Тебе можно, а мне нет?

Он насмешливо хмыкнул и ускорил шаг. Я бросилась за ним чуть ли не бегом.

Я боялась наступить на какой-нибудь шип, острую занозу или крошечный кусочек стекла. Тропинки здесь были гладкие, без посторонних предметов. А на каблуках бы я сейчас все равно где-нибудь упала – Джеффри спешил так, словно за нами охотился минотавр, и мне, даже босой, приходилось не очень легко.

Ходить без обуви оказалось не так страшно, как я думала раньше.

Земля была теплой, утоптанной. Она слегка щекотала кожу стопы, и я чувствовала каждую малейшую неровность. Обычно я находилась в дюйме над землей, нося туфли на каблуках. Но сейчас я будто чувствовала свою причастность к планете, соприкасаясь с ней голой кожей.

– Вот и все.

Я удивленно остановилась. Задумавшись, даже не заметила, как мы быстро выбрались из лабиринта. Перед нами шумел фонтан, высился дом. Садовника нигде не было видно.