Этот несносный Джеффри

– Софи, – понизив голос, начала я, – вы не знаете… нет ли какого-нибудь «пунктика» у Джеффри насчет цветов?

Горничная нахмурилась, пытаясь понять, о чем я.

– Пунктика?

– Ну да. Может, он считает себя величайшим дизайнером и поэтому одевается так ярко, или наоборот – таким образом выражает какой-то протест, или же просто старается выделиться. Но реагирует он на замечания по поводу своего наряда довольно… остро.

Я умолчала о том, в какое бешенство пришел Джеффри, едва я заикнулась об его одежде.

Наконец лицо Софи понимающе разгладилось.

– Ах, да, знаю. Он… – тут она снова поморщилась. – Как это… – Она задумалась, пытаясь вспомнить слово, и слегка помахала своей крошечной рукой в воздухе. – А – дальтоник.

Ну что ж, это многое объясняло.

– Понятно, – улыбнулась я. – Извините, наверное, нужно было раньше у вас спросить.

Софи улыбнулась мне в ответ.

– Он странно одевается, потому что пытается убедить всех в своей точке зрения. Il est t?tu[8 - Il est t?tu (фр.) – Он упрямый.

], – напоследок вздохнула она и ушла.

Так, значит, Джеффри и не подозревал, какой радужный переворот он совершил в мире моды. Но и кричать на меня тоже было совсем необязательно. Я немного помедлила, а потом накинула поверх длинной ночной сорочки кофту и вышла из комнаты.

Я осторожно постучала костяшками пальцев по соседней двери. Звук получился приглушенным, и я снова побарабанила. Еще не было и десяти часов. Неужели он уже заснул?

– Входи! – послышался недовольный ответ.

Я осторожно приоткрыла дверь и зашла на территорию врага.

Что я ожидала увидеть? Ну, может быть, какой-нибудь несусветный бардак, за который даже Софи боится браться. Или то, что вся комната напичкана ловушками. Или у него живет ручной тираннозавр. Но я ошиблась. Комната показалось мне опрятной и весьма уютной. Она была еще больше моей, но из-за множества вещей и предметов мебели выглядела меньше, чем на самом деле. Широкое окно здесь закрывали синие жалюзи, и имелся балкон, дверь на который была открыта.

Свежий вечерний воздух слегка шевелил легкую и очень красивую модель какого-то фантастического самолета, подвешенную к потолку, рядом с голубыми светильниками. На полу разместился небольшой ковер коричневого цвета.

Зелёные стены, с переходом от тёмного до нежно-салатового. На одной висели яркие постеры с автомобилями, полки с журналами и всякими безделушками, под ними – письменный стол и большое кожаное кресло на колёсиках.