Вместо громких слов

Я правильно понял, что послан туда же, куда ты сейчас отправила своих лучших друзей? Можешь сказать открытым текстом. Я один на площадке.

– Сережа, это вопрос терминов. У меня это называется иначе. Я вас оставила на потом, на сладкое в обеде жизни, на день следующего праздника, которого я хочу ждать.

– Здорово. И я отчетливо понимаю, что в очередной раз пролетел над опасностью приклеиться к твоему шлейфу. Как ты права: упаси меня бог от такой участи.

И я светло и грустно подумала о том, что мы с Сергеем неисправимые единомышленники.

А Игорь с Галей никогда не узнали о том, почему из их дома уехала семья Григорян, почему Марго продала дачу в их поселке. Причиной был деловой и короткий разговор мадам похитительницы с частным детективом. Ей предъявили полный пакет компромата с документами и фото не только по преступлению против Игоря. Ознакомили с положениями Уголовного кодекса. Поставили короткие сроки. И Марго все с ходу поняла. Только Игорь может считать, что подлости в сочетании с криминалом совершают буйные сумасшедшие.

Все наоборот. Есть такая норма. И знают об этом только такие циники, как мы с Сережей.

Ошибка Валентины

Когда Валя идет по улице своей легкой и стремительной походкой, красиво несет небольшую, аккуратно подстриженную голову, прямо держит стройную спину, ее иногда окликают:

– Девушка, не подскажете… – она поворачивается и слышит продолжение: – Извините, женщина. Как пройти…

И Валя сама знает, как контрастирует ее спортивное, тренированное тело с лицом, потемневшим не от загара, а от вечного напряжения и тяжких испытаний.

Глубокие морщины на лице Вали появились еще в молодости. Она была спортсменкой. Легкая атлетика. Собиралась стать знаменитой, тренировалась до потери пульса, на соревнованиях боролась за результат, не чувствуя ни страха, ни боли, ни биения собственного сердца. Доползала до душа, проваливалась в мертвый сон. Тут не до крема и массажа. Просыпалась неизменно от боли во всех мышцах и суставах. И точно знала, что настоящий спортсмен борется с болью не пилюлями, а лишь еще большими нагрузками.

К тридцати годам Валентине по лицу можно было дать сколько угодно лет. Волосы поредели, посеклись, у висков появились седые нити. А настоящие победы, слава и деньги так и не пришли. И однажды страшную боль в колене не удалось победить упражнениями и тренировкой. Врач сборной посоветовал Вале сходить к хирургу. «Такие операции делают».