Преданья старины глубокой

 – Что тебе даст месть?! Разве воскресит она твоего брата?! Разве поднимет Ратич из руин?! До времени не о мести думать надобно – о защите! О том, чтоб невинных оборонить! Кащей с Ратича только начал – он дале пойдет, все княжество Тиборское пожечь хочет! А там и еще дале, пустоумный! Сам Антихрист идет с восхода – Гог и Магог наступают!

Иван шмыгнул носом и напряженно наморщил лоб, безуспешно пытаясь уразуметь сказанное – говорит-то батюшка красиво, правильно, только вот понять бы еще, что именно…

– Все исполню, владыко, что повелишь, все сделаю… только делать-то что?.

– До князя поспешать надобно, Иванушка! – строго сказал архиерей. – Рассказать ему! Чтоб в готовности пребывал!

– Рассказать? – задумчиво усмехнулся Яромир. – То есть сделать именно то, что нужно Кащею?

Отец Онуфрий только теперь обратил внимание, что княжич Иван явился не один. Он окинул Яромира придирчивым взглядом и промолвил:

– Здрав будь, православный.

– И тебе привет… православный, – продемонстрировал волчий оскал оборотень. – Зовусь я Яромиром, родителей своих помню плохо – сиротинкой горемычным рос. Живу в лесу бобылем, охочусь помаленьку, рыбку ловлю…

– Яромир, ты что… – удивленно обернулся Иван, но тут же получил локтем в живот и зашелся кашлем.

– Ох, прости, княже, не зашиб?.. – с деланной озабоченностью начал отряхивать его Яромир. – И как же это я так неудачно-то?.

– Имечко славное… – задумчиво кивнул архиерей. – Видно, хорошего роду-племени, раз такое носишь… А не скажешь ли мне, как ты с княжичем-то нашим знакомство свел?

– Из беды меня княжич выручил, – вновь улыбнулся Яромир. – Загиб бы без него. Деревом меня придавило – три дня лежал, выбраться не мог…

– Яромир, да каким еще дере… уп-бубух!.. кха!.. кха!..

– Эхма, что же я неуклюжий-то какой сегодня?! – схватился за голову оборотень. – Княже, ты лучше присядь, отдохни, а мы тут со святым отцом побалакаем, обговорим все ладком… Так что, владыко, говоришь, Кащей всех порешил, кроме тебя одного?.

– Ну еще вон сколько-то христиан по погребам попряталось… – проворчал отец Онуфрий. – Сам не видишь?..

– Вижу… А в полон, значит, никого брать не стал… Да, примета недобрая… – задумался Яромир.

– Да… а ведь нет, вру, одного полоняника все ж взял! – вспомнил архиерей. – Точней, не полоняника – полоняницу.