Закат цвета индиго

– Может, она его родственница? В семье человека называют уменьшительным именем – Маша, Маня, – а фамилию вы вообще могли не знать. У него сестер, племянниц не было?

– Нет, не было совершенно точно.

– А, извините, побочной дочери не могло быть?

– По этому поводу, честно говоря, я ничего не могу сказать.

– Попробуйте вспомнить: эту фамилию вы действительно никогда не слышали дома, во время разговоров мужа с друзьями, коллегами, по телефону?

– Не припомню. Я мало знаю о делах мужа.

– Ну, что ж.

Спросим у самой наследницы. Раз есть адрес, значит, найдем ее, даже если она по нему не живет. А там – кто знает. Завещание – это мотив.

– Вы считаете, его могли из-за этого убить? Но как он мог написать другое завещание, не поставив меня в известность? Он был не настолько непорядочным человеком. Я бы даже сказала, что он всегда чувствовал свою ответственность за меня. Или мне это казалось. Ничего не понимаю.

– Тамара, – Сергей положил руку ей на плечо. – Убийство – не конец сей истории.

Это ее начало. И если вам довелось оказаться в поле этой беды, нужно в первую очередь набраться терпения и пробираться к какой-то разгадке. Вместе мы найдем ее.

– Может быть. Нет, я уверена в том, что нужно узнать правду. Иначе невозможно жить.

– Кстати, а жить вам есть на что?

– Да, конечно. У меня есть небольшая сумма на счете.

– Вот и хорошо. Я беру этот исторический документ, вы мне пишете на бумажке координаты вашего нотариуса, и я отправляюсь на поиски наследницы вашего мужа.

А вы пока ни о чем не думайте. Правда может оказаться совершенно неожиданной.

* * *

Михайлов бормотал уже что-то совсем невнятное мокрым ртом с белой пеной в уголках губ. Даша сидела на столе и, не моргая, смотрела ему в лицо. Она удивлялась, как он еще не подох от ее ненависти, не задымился, не сгорел. Он все никак не засыпал, хотя она насыпала раздавленные таблетки клофелина, не считая, уже в третий его стакан с водкой. Он потянулся за сигаретами, закурил, с напряжением удержал опускающиеся веки и вдруг встретился с ее взглядом.

Удивительно: он все понял, но не испугался, его взмокшее лицо исказила ответная злоба. Даша физически почувствовала волну его агрессии. Она достала из сумочки еще упаковку лекарства, высыпала все таблетки себе на ладонь, затем схватила одной рукой Михайлова за жидкие, сальные волосы и затолкала в его открытый рот все, что было в ладони. Он пытался сопротивляться, но сил не было совсем.