Я видел город на заре

Как и тогда, он тянул из огромной кружки пойло гнусного качества и потягивал из трубочки еще более гнусного качества табак. Только так Дегустатор мог хоть как-то снизить свои необычные способности.

– Фу-фу-Фу! – вскричал он, едва Кощей переступил порог таверны. По правде сказать, он издал звук, скорее напоминающий «пф-пф-пф» – из-за трубки, зажатой его желтыми крепкими зубами. – Прежде русского духа мы и слыхом не слыхивали, и видом не видывали, а нынче русский дух к нам сам пожаловал!

Кощей несколько смутился – он любил все эти старинные церемонии сам, и любил, чтобы их соблюдали и другие.

– Да-да-да, – торопливо пробормотал он, стараясь скрыть удовольствие, – конь на обед, молодец на ужин. По правде сказать, старина, нынче я по-простому, без коня.

– Ну, – хлебнув здоровенный глоток из кружки, сказал Дегустатор. – Ты же знаешь, старина, я – человек простой и давай сразу, по-простому, вываливай, что у тебя на душе. Что тебе запонадобилось от меня?

– Я хотел бы, чтобы ты кое-кого распробовал.

– И кого же из тех, чьи запахи витают вокруг тебя, словно обеденный пар вокруг горшочка свинопаса? Надеюсь, ты припас для меня что-то поинтересней служки или массажистки?

– Нда. Ты бывал в Петербурге?

– Несколько раз. И каждый раз неудачно. Не мог найти подхода ни к тамошним дамочкам, ни к тамошней шпане. Какие-то они с выкрутасами, – Дегустатор выбил пепел из трубки и принялся уминать в нее свежий табак зеленоватым большим пальцем.

– Ну, вот его и распробовать надо.

– Что сам город?

Кощей кивнул.

Дегустатор задумался. Губы его причмокивали, раскуривая трубку, а ноздри раздувались. Наконец он крякнул, хмыкнул и закричал громовым голосом:

– Марта! Марта! Корова иерихонская, не видишь, что ли, ром кончился! – К столу тут же подскочила тощая девчушка в лохмотьях с двумя бутылками.

– Вот за что люблю Тортугу, так это за ее славный ром. И в этой таверне он самый ароматный!

Кощей деликатно кивнул.

Дегустатор между тем, не торопясь, наполнил кружку, отхлебнул из нее, покатал пойло по нёбу, шумно сглотнул и сказал:

– Лет сорок назад это был чайный гриб.

Кощей вытянулся и навострил уши.

– Теперь снятое молоко, квас из концентрата и жидкий зеленый чай.

– Что, все сразу?

– Угу. Мерзкая смесь.

– Значит, тебе не нравится?

Дегустатор хмыкнул.

– Как это говорится у вас, у русских? Перемелется – мука будет.