Я иду искать

 – А мы с отцом выйдем на человека из редакции моментально всех героев найдём!» И всё-таки мне был немножко обидно оттого, что Васька, а не я догадался пр их ранения и вообще про всё!

Я внимательно рассмотрел фотографию. Танкисты длинных суконных гимнастёрках, туго перетянутых peмнями, улыбались пионерам.

А эта смешная, с косичками, смотрела на забинтованного, и он ей что-то говорил… Но сколько я эту фотографию в руках ни вертел, ничего нового не увидел.

Глава седьмая «ЖЕСТЯНАЯ КРУЖКА»

На человека из редакции отец две недели выходил.

У него такая записная книжка есть (дед её называет «Нужник»), там телефоны всех нужных людей записаны: такие которые что-нибудь достать могут или сделать. Но вот оказывается, и они не всё могут – джинсы-то не достали нужного человечка так и нет.

День за днём идёт, а нужного звонка всё нет.

Только Эмлемба названивает:

– Костя! Алё! Это Лена Пантелеева! Костя, ну когда же мы будем поиск продолжать?

Я Are строго-настрого запретил меня к телефону звать.

Велел, чтобы говорила, будто я на зимние каникулы в пионерский лагерь уехал. Между прочим, уехал Васька, вместе со своим оркестром, так что и он ко мне не приставал.

Я уж и сам на Фонтанку, 59 ходил, в Дом прессы, где все газеты выпускают, но там загородка и милиционер стоит. Я как его увидел – обратно повернул, ясное дело: не пустит. Я уж совсем разуверился, что отец человека найдёт. Скажет: «Извини – попозже», как с джинсами. Но вдруг за ужином однажды он говорит:

– Не имей сто рублей, а имей сто друзей.

Завтра в четырнадцать ноль-ноль тебя будет ждать в вестибюле Дома прессы Сан Саныч.

– А кто это?

– Какая нам разница, – сказал папа, намазывая на хлеб толстый слой масла. – Главное, он может публикацию устроить!

На следующий день я пошёл в Дом прессы и уселся в красное кожаное кресло. Сан Саныч опоздал на полчаса. Я сразу увидел журналиста: на нём было всё фирменное – и джинсы, и кожаный пиджак, и ботинки самые попсовые – с окованными узкими носами. Только он был очень молодой, не такой, как международники в передаче «Сегодня в мире».

Он повёл меня куда-то по лестницам и длинным коридорам. Я раньше думал, что в редакциях стоит страшный шум: машинки печатные стучат, корреспонденты в телефонные трубки орут, а чуть что, сразу – прыг в машину и на место происшествия… А тут во всём здании тихо-тихо, только где-то далеко типография гудит. И почти что никого нет. Кабинеты, кабинеты, и в каждом не больше двух человек.