Небо молчаливое

Что-то мерзкое зрело внутри, зрело-зрело и вызрело, – значит, – он ухмыльнулся, – прокуратор обо мне позаботился.

– Значит так, – добродушно поддакнул начальник. – А теперь давайте о делах поговорим.

– Давайте, – согласился Константин, выкладывая на стол треклятую папку.

– Я готов принять вас в наше ведомство. Работа, конечно, хлопотная, но местами интересная. Жильё будет. Тут, – он развел руками, точно обнимая свой тесный кабинет. – неподалёку.

– А платите сколько?

– Вам правда интересно? – он улыбнулся с облегчением.

Явно на другое рассчитывал, подготовился.

– Правда, – кивнул Константин, ему было плевать. – Так сколько?

– На жизнь хватит.

– Размыто, – хмыкнул Константин. Ему бы воды, а лучше пива.

– С моей стороны и так было уступкой взять вас. А вы, господин, отказываетесь…

Он похож на человека, который отказывается? Константин потёр виски. Ни графинов, ни чайника, ни кулера, ни стакана. Это просто пытка какая-то устраивать собеседование после перелёта!

– У вас… – начал он сбивчиво.

– Меня предупреждали, что вы…

Воды не предложат. Константин поднял голову. В голове трещало и поскрипывало.

– Так я могу отказаться? Прекрасно!– Константин не дал этому начальнику заговорить: – отказываюсь. Всё вам доброго.

– Подождите! – всполошился начальник.

– Да чёрта с два. Привет прокуратору, – добавил Константин, уходя.

Он сделал глупость и даже сам это, кажется, понял. Теперь эту глупость надо запить.

III

Во всех мирах обитаемой вселенной бары по городам раскиданы гуще, чем туалеты.

Так Константин думал раньше и, впрочем, оказался прав. Бар он нашёл быстро, в пятнадцати минутах ходьбы от министерства. Были и ближе, но ему не хотелось пересечься с неслучившимися коллегами. Герой героев чуть взъерошил волосы, шинель поправил и подтолкнул обитую металлом дверь. Внутри творилось нечто безобразное. Во-первых – запах, воняло там кислятиной и потом, горелым хлебом и табаком. Ослепшая на треть люстра уныло подмигивала оставшимися лампочками. Сам барчик был узкий, но двухэтажный. У лестницы на второй толпились угрюмые рабочие. Скудно тут и грязно. И что? Он не девчонка, чтобы боятся гадюшников. «Мне пива», – сказал он у стойки и сразу вспомнил, что местных денег у него при себе нет, и что ел последний раз он, кажется, вчера.

Под лестницей какой-то бестолковый бугай с позолоченным кастетом прижимал к стене мальчонку. Если б не блик от кастета, Константин их бы и не заметил. Под лестницей темно и тихо.