Я не слышу тишину

– Почему оранжевое? – спросила я, увидев наряд невесты.

– Хочу светиться. Оранжевый – цвет жизни!

В одиннадцать ноль-ноль регистрация. Я надела розовое платье, к нему – наушники соответствующего цвета. В десять тридцать мы с мамой уже были на месте. Стояли в холле загса и смотрели в окно.

Всю неделю я хотела спросить маму об этой самой Нине – почему Митя о ней не рассказывал, видела ли мама её раньше. Какая она, моя без получаса сводная сестра? Но не решалась: у мамы и без этого было полно дел.

В наушниках играла подбадривающая музыка, та самая, которую я включаю в особо трудные моменты.

Музыка отвлекает, музыка заставляет чувствовать её настроение, музыкой легко измерять время.

На третьем куплете пришли они – неузнаваемый Митя в серебристом костюме и темноволосая девочка моего роста и телосложения.

– Свиридов и Бессонова! – огласила полная женщина в строгом костюме.

Я быстро сняла наушники, будто это меня вызвали к доске. Интересно, мама теперь Свиридовой станет, а я останусь Бессоновой? Получается, мы с мамой уже не будем родственниками?

Сквозь размышления слышалось мамино:

– Анка, быстрее!

Она уже шла с Митей под ручку к широким расписным дверям.

Стучала тонкими шпильками, шуршала жизнерадостным платьем, кажется, было даже слышно, как она улыбается. Позади них беззвучно плелась та самая Нина – в простом синем вязаном платье с тугой горловиной до самого подбородка.

– Объявляю вас!..

Я стояла с маминой стороны, Нина – со стороны Мити. Так уж получилось, что на свадьбе всего два гостя.

Бабушка идти не захотела (она вообще была против свадьбы), а подруг мама решила не приглашать (вдруг отобьют жениха?).

А меня кто-нибудь спросил, согласна ли я, чтобы эта девочка стала моей сестрой? Да, о таких вещах не спрашивают, даже если людям суждено быть кровными сёстрами или братьями. А тут сводные.

В такси жужжал кондиционер, мы ехали в кафе. Митя – рядом с водителем; мама, Нина и я – сзади.

– А они даже похожи! – улыбнулся в зеркало заднего вида Митя.

 – И рост, и волосы. Точно как сёстры.

– Родные, – дополнила мама, повернувшись к нам.

Руки так и тянулись надеть наушники, выбрать музыку и не слушать всё это. Но праздник всё-таки, нужно быть в реальности, а не в астрале. Я повернула голову к Нине. Что ей говорить-то?

– Привет, – сказала я бесцветно.

Она кивнула и отвернулась в противоположную сторону. Уткнулась в окно.

А вот это уже удар ниже пояса! Значит так, да? Игнорировать будет.