Я не тормоз

* * *

Такое удовольствие – лететь по пустому переходу. Потому что никогда асфальт не бывает таким гладким, как плитки в переходе. Тем более я только что из метро – ноги задеревенели столько стоять. И если никто из прохожих не мешает, то – ух!

Боковым зрением замечаю человека, который стоит, просто стоит. Или продаёт что-то, или денег просит… А, ну да. Костыли.

Вот же, а. Я будто сразу виноват, что могу вот так наворачивать на самокате своём, а он – нет.

Проезжаю мимо, потому что уже разогнался.

И ещё потому, что… Ну, у меня есть деньги. Но они не мои как бы. «Будешь сам зарабатывать – можешь раздавать направо и налево», – сказал мне как-то папа. Это я тогда Ященко денег дал в долг, он просил очень. До сих пор, кстати, не отдал. Забыл, наверное. А напомнить неловко.

Буду сам зарабатывать – тогда да. А так неловко мне. Не знаю, как правильно в этой ситуации; и уехал уже давно оттуда, не думать бы. Но думается само.

* * *

Когда торопишься, главное – не забывать дышать.

Пока не увидишь на часах 8:30, ты ещё не опоздал, даже если ты за сто километров. Я передвигаюсь в пространстве быстро, заоблачно быстро. Прибавляю скорость, и время пути стремится к нулю. Стремительно стремится. Время – стремя. Надо будет использовать когда-нибудь. Что общего у слов «стремительный» и «стремя»… Так, о чём я… А, стремится к нулю. Мне кажется, если я поднапрягусь, то время станет отрицательной величиной. И я окажусь в точке В раньше, чем вылетел из А.

* * *

А, вот. Ещё. Давно было, Лёвка совсем маленький был. Я домой пришёл и вдруг слышу его голос:

– Гад! Гад!

Что это ещё такое?!. В садик он ещё не ходил, откуда нахватался таких слов?!.

– Гад! – радостно кричит он, выскакивает из комнаты и обхватывает мою ногу. Так это он меня ругает, что ли?!.

– Да, – кивает радостная мама, – это Игнат пришёл, Игнат!

…И тут до меня доходит. Это моё имя! Никакой не «гад», а «Игнат», он так выговаривает!

– У-у-у, ты что, не слышишь?!.

Мама радуется новому Лёвкиному слову и даже не замечает, что моё имя ругательно звучит!

– Ну вы меня и назвали… Ужас какой-то, – я вздыхаю, стаскиваю кеды. И думаю, как будет круто, когда Лёвка будет мне на улице кричать «Гад!» на весь двор!

…Так и вышло. Правда, этого слова «гад» никто не замечал, кроме меня. А я целую неделю дрессировал его:

– Лёва, скажи: Иг-нат! Не «гад», а «Иг-нат»!

– И-гаад! – старался Лёва.