Призрак

Осмотрев все еще раз, он лег на кровать и уставился в потолок. Спать ему, понятно, не хотелось. Вряд ли призракам вообще нужен сон или отдых. Просто лежал и думал.

Так он пролежал часа два. А потом… в окно постучали.

Ну как постучали… На самом деле не постучали. Просто снаружи появилась рука, сделала несколько символических движений и прошла сквозь стекло. За ней просунулась и голова – коллежского асессора Тряпочкина.

– Добрый вечер, юноша. Не помешал?

– Порфирий Михалыч?.. – пораженно уставился на него Данилюк.

 – А ты… вы… вы откуда здесь взялись?

– Да просто совершал променад, любовался видами ночной Самары, решил вот визит вам нанести, проверить, как поживаете… вы не против?

– Да нет, я не против, но… но здесь же девятый этаж!

– И что?

Данилюк подошел к окну и увидел Тряпочкина, висящего… или, скорее, стоящего прямо в воздухе. У него под ногами словно была невидимая балка.

– А… как это? – удивился Данилюк.

– Мы призраки, молодой человек, – чуть усмехнулся Тряпочкин.

 – Привыкайте.

Данилюк тоже просунул голову сквозь окно и посмотрел вниз. Похоже, на улице очень холодно. А судя по тому, как качаются внизу деревья, – еще и сильный ветер.

– Я… точно не разобьюсь, если выйду прямо так? – уточнил он. – Глупый вопрос, наверное…

– Вы не умрете во второй раз, не волнуйтесь, – улыбнулся Тряпочкин. – Есть вещи, которые могут причинить вред и призраку, но земное тяготение в их число не входит.

Рассудком Данилюк и сам это прекрасно понимал. Но просто взять и шагнуть с девятого этажа все равно казалось опасным.

Он колебался секунд десять, пока наконец не решился.

Ничего страшного не произошло. Вниз он ухнул с той же скоростью, с которой и должен был, но в ушах не свистело, дух не захватывало, «тело» своего положения не меняло. Просто как быстрый лифт. Долетел до земли, впечатался в нее ступнями, остановился.

Даже не успел толком ничего понять.

Спустя несколько секунд Данилюка догнал и Тряпочкин. Он и вовсе спускался медленно, плавно.

И остановился не на земле, а в паре ладоней над ней. Потом заметил и поправился.

– Я вот тут подумал… а почему мы не проваливаемся сквозь землю? – полюбопытствовал Данилюк. – Сквозь стены же мы проходим.

– По привычке, – ответил Тряпочкин. – Для нас теперь нет никаких преград, кроме инерции мышления. Вы привыкли, что земля твердая, – вот она для вас и твердая.

– Но… если я все-таки захочу… – просунул в землю руку Данилюк. Та прошла без задержек.