Призрак

– А вы тоже… ну… на тот свет провожаете? – осторожно осведомился Данилюк.

– Не, я не по этой части, – осклабился черт. – Этим сборщики душ занимаются, а я ересиарх.

– Ого. А чем занимаются ересиархи?

– Смущаем людские души, – охотно объяснил черт.

– Например?

– Ну вот вчера я, например, убедил одного важного чиновника, что в его городе уже слишком много детских садов. И он заморозил их строительство.

– А что построят вместо них?

– Еще три храма! – радостно заржал черт.

Ангел со звоном поставил чашку на блюдце.

Отстучав пальцами дробь по столу, он пристально посмотрел на черта, потом перевел взгляд на Данилюка и велел:

– Рассказывай.

Тот рассказал. Это не заняло много времени: умер – никто не пришел – застрял здесь – хочется свалить. Ангел задал еще несколько уточняющих вопросов, но потом вздохнул и покачал головой.

– Прости, помочь не могу, – сказал он. – Сам видишь, из какой я конторы. Я работаю только с христианами.

– Католиками или православными? – зачем-то спросил Данилюк.

– Теми и другими. А еще с лютеранами. И баптистами. И адвентистами седьмого дня. И еще десятками малых христианских течений. Всеми крещеными.

– А почему только с ними?

– Как тебе объяснить… Вот ты сам при жизни кем работал?

– Турагентом…

– Вот, отличная аналогия, – обрадовался ангел. – Крещение – это как турпутевка, понимаешь? Если оно у тебя есть – я твой гид. Я тебя проведу, все покажу, все объясню и устрою на жительство.

– А экскурсии вы продаете? – мрачно пошутил Данилюк.

– Можно договориться. Но это если есть турпу… крещение. А если нету – извини, наша компания тебя не обслуживает. Обращайся к другим.

– А у других как оно устроено?

– У буддистов свои правила, у язычников свои. У всех по-своему.

– А с атеистами как? – спросил Данилюк о интересующем его больше всего.

– «Дикарями» путешествуют, без «турагентства». Полностью на свой страх и риск.

– А это как вообще?

– У всех по-разному получается.

Ну вот, например, если на той стороне у тебя есть родные или близкие – они могут походатайствовать, «выписать» к себе. У тебя в Раю есть кто?

Данилюк задумался, но так никого и не припомнил. Дед десять лет назад помер, но он тоже был атеистом. Бабушка верующая, но она еще жива. Про прадедов-прабабок и всякую дальнюю родню он таких подробностей не знал.

– Нет, некому меня выписать… – пробормотал Данилюк.