Японские сказки

Я только хочу немного согреться да переждать в тепле, пока перестанет идти снег!

Сердечная просьба монаха подействовала на Кензо; в знак согласия он кивнул головой и проговорил:

– Хорошо. Я отказывал в приюте, лишь потому, что в таком убогом доме, как мой, даже мне самому неприятно жить. Но раз вы ничего не имеете против убогости и неудобств моего жилища, то, пожалуйста, будьте моим гостем и располагайтесь у меня настолько, насколько вам вздумается!

– Благодарю, – ответил обрадованный монах. Он стряхнул со своей одежды налипший на нее снег и вошел в комнату.

Кензо посадил монаха перед печуркой и проговорил:

– Погрейтесь! Вы, наверное, замерзли. Сейчас уже за полночь, а в это время сильно морозит.

Затем он снял висевший над печкой котелок, налил в него воды и заправил вариться картошку. Когда вода хорошо прокипела и картошка была готова, Кензо, предлагая ее гостю, сказал:

– Ну, уж не обессудьте, а кроме вот этой картошки в моем доме нет ничего, чем я мог бы вас угостить!

Монах, похоже, был весьма голоден, а потому набросился на картофель и съел его довольно много.

За едой хозяин и гость разговорились.

Хворост, подбрасываемый в печь, постепенно сгорел весь. Но хозяин, не желая прерывать радушного разговора, решил пожертвовать своим сундуком для одежды. Он освободил сундук и стал рубить его топором.

– Что вы делаете? – воскликнул удивленный монах.

– Пустое, – отвечал Кензо, – не стоит беспокоиться! Вышел весь хворост, и, чтобы ночью было теплее в комнате, я решил сжечь сундук для одежки.

Как вы знаете, я живу очень бедно и не в силах предложить даже самых необходимых удобств редкому гостю. И потом я хочу, чтобы вы отогрелись ночью.

Он разрубил на доски сундук и стал подбрасывать куски дерева в печь. Монах был удивлен поступком Кензо.

– Не знаю даже, как я могу вас отблагодарить за такую любезность, – проговорил он. – Но, быть может, придет когда-нибудь время, и я смогу тогда воздать вам должное!

– Каждый бедный человек живет в мечтах и надеждах, что будет когда-нибудь жить в довольстве и богатстве.

Вот так и я. Обождите: разбогатею, тогда уж смогу принять вас не так! – шутил Кензо.

Хозяин с гостем долго еще беседовали о прошлом и о надеждах на будущее. Затем Кензо встал, принес для монаха старый ватный тюфяк, который заменял ему постель, – и сказал:

– Вы уж извините, а другого тюфяка у меня нет! Попробуем уместиться вместе на моем тюфяке.