Изображая зло. Книга вторая

– Ключевое слово здесь «так называемые», – тот снисходительно посмотрел на старика. – И «разумный» в вашем понимании звучит оскорбительно. Оставьте господина Тессера в покое.

– То есть оставить его вам?

– Но вы-то явно упустили возможность.

– Мне придётся прервать эту бессмысленную склоку, – повышенный тон Мелькарта заставил всех отвлечься.

– Вы просто не понимаете…, – начала было Перенелла, но гневный взгляд странных контрастных глаз вынудил её замолчать.

– Я не знаю, как между вами развивались отношения до моего прихода, – пытаясь сохранить невозмутимость, продолжил Мелькарт.

 – Либо чересчур интенсивно, раз вы за одним столом усидеть не можете, либо вообще никак, раз кому-то даже сказать нечего. Но сейчас всё это не важно. Я собрал вас для другой цели. Я считал, будет правильно, если человек вроде меня, обладающий силой Жезла, не в одиночку начнёт распоряжаться миром, а разделит его с достойными представителями человечества, чей огромный опыт сослужит полезную службу. Теперь я вижу… я ошибся. Вы разочаровали меня даже больше, чем Совет Девяти.

– Да не сердитесь на нас! – сочувственно ответил Майер. – Мы давно друг друга не видели, вот и соскучились!

– Что вы несёте?! – прошипел Раймунд.

– А что? – фыркнул немец. – У нас же всегда так! Что ни встреча, так драка.

– Есть из-за чего, – добавил Филарет.

– Мы здесь не для ваших забав, – Николас поднялся со стула, раздражённый. – Дальнейшая дискуссия безрезультатна. Ваше предложение, конечно, интересно, господин Тессера, но я в вакханалиях обычно не принимаю участия.

Поэтому позвольте откланяться.

– Ваше право, – равнодушно откликнулся Мелькарт, стараясь не показывать, что слова Фламеля на самом деле глубоко задели его.

Перенелла встала вслед за мужем.

– Не играйте по чужим правилам, – произнесла женщина напоследок.

Мгновение спустя Фламели скрылись из виду. Миссис Говард отправилась провожать их до парадных дверей. Мелькарт наблюдал за уходом пары с чувством человека, проигравшегося в пух и прах, и внезапно для себя заметил тяжёлый взгляд Кристиана Розенкрейца, направленный на идеально прямую спину Перенеллы.

– Этого следовало ожидать, – Филарет напустил на себя задумчивый вид. – Не удивлюсь, если Гебер последует за ними.

– Как правильно подметил Фламель, мы не поощряем «вакханалии», – араб впервые подал голос. – И что бы ни говорил господин Тессера, все предлагаемые им действия приведут только к одному результату – к кровопролитной гражданской войне.