Церковное дело. Детективная история начала XX века

Подле нее обычно четыре-пять латышей. Вот в этих домах квартирует до полусотни латышей, – жильцов не знаю куда дели, может, выгнали, а может…

– Перебили! Мне Быков рассказал, его они своим считают, сочувствующим, вот он и лазит там везде, а по ночам ко мне приходит, рассказывает. Но Вы продолжайте!

– Извольте. Здесь на подъеме, в этих трех домах – человек тридцать китайцев, наемников. А в городе, в казармах кадетского училища, большая часть их людей. Говорят, что там полк, но я не знаю, сколько там народу, не считал.

Ходят патрули, по пять человек, – Ордынцев задумался, – больше сообщить мне особенно нечего.

– Штаб их где? – задал вопрос штабс-капитан.

– В купеческом особняке, доме Триандафилова, на Караванной. Там высокая ограда, сад, в общем, оборону держать можно. Внутри я, понятно, не был…

– А командует ими кто? – было ясно, что знает это штабс-капитан, но спросить лишний раз не повредит.

– Говорят, какая-то женщина, не знаю точно кто, – впервые за весь разговор что-то недосказал Николай.

– Ну ладно, спасибо. А теперь начнется кое-что интересное. Пойдемте, поглядим на Волгу, это красиво, утром особенно, – любезным тоном предложил офицер. Возражения опять были неуместны.

Они вышли почти на край обрыва. На ветке столетнего, не менее, дуба сидел солдат, и внимательно осматривал реку через бинокль. В утренней тишине послышалось пыхтение и шлепанье колес по воде. Вскоре обнаружился и источник звуков – буксир с длинной черной трубой, волокущий за собой две баржи.

На его флагштоке трепыхался красный флажок.

– А не соврал комиссарчик, все по расписанию, как у хорошей судоходной компании. Буксир-то назывался просто «Юг», а теперь – переименовали его. Знаете, как теперь? «Борец за свободу товарищ Троцкий»! – офицер ухмыльнулся, – ну, ничего, фарватер здесь узкий, что справа, что слева – мель. Авось, правильно навели. Давай, Анисим, голубчик, сигнал!

Солдат-наблюдатель встал на ветке в полный рост, достал из брезентового чехла ярко-желтый флажок и взмахнул им.

Там, в лесу, очевидно, заметили его жест – раздались четкие команды, потом кто-то крикнул: «Огонь!»

Раздался громовой раскат, свист-рев, и через какие-то секунды рядом с буксиром поднялся в небо столб воды.

Потом еще, и еще, какие-то взмахи флажками, отзвуком из леса: «недолет полкабельтова», «перелет три четверти», «правее три!».