Лабиринт отчаяния

«Нет, нет, нет!» – Жанна затрясла головой, прекрасно зная, кто появится на садовой дорожке.

– Где ты пропадаешь, Жанна?

Ноги приросли к земле, девушка забыла, как дышать.

Легкое голубое плате, колотые раны и дыра вместо сердца. Кровь на перерезанном горле сочится черным густым сиропом, побелевшие глаза похожи на мутные камни.

Даже через одежду Жанна чувствует, какие ледяные руки у Маргери.

– Это он сделал, сестрица. – Доверительно шепчет на ухо девушка. Запах тлена перебивает чуткое обоняние. – Не верь ему! Он все врет! Врет! – Обиженно гнусавит Маргери.

 – И будет врать тебе, чтобы удержать. Ты потеряешь свою свободу, станешь примерной женушкой! А ведь я тоже могла стать чьей-то невестой, Жанна.

Пальцы Маргери смыкаются на шее, оцепеневшей лоринки.

– Найди белого бога, сестрица. Докажи, что моя смерть не напрасна…. – Хрипит мертвая тяжелым грубым голосом. – Или умрешь сама!

Жанна начинает задыхаться, пытается оттолкнуть от себя то, что было ее младшей сестрой. Сознание накрывает тяжелая муть, темнеет в глазах.

Мертвая слишком сильна.

***

Крики и слезы. К этому уже привыкли все слуги в доме. Для князя это по-прежнему больно. В бессильной ярости Фауст сжал кулаки. Лоринка задыхается, хватаясь за горло, а он даже не может ничем помочь!

Несколько раз за долгую ночь вериец уже делился своими силами с Жанной, однако кошмар и не думал рассеиваться.

Джаред сдержал слово и превратил жизнь Амоса Дитрих в мучительное существование. Под изощренными пытками Истинный сознался, что приложил свою руку к обручальному кольцу.

Он вложил в него опыт Лилит с зельем забвения, свою попытку запутать сознание графини и ее кошмары. Это все, в чем сознался вериец. Лишить его жизни значило потерять последнюю надежду разбудить Жанну.

Поэтому Амос гнил в плену Гевальта.

– Лабиринт – это испытание. – Смеялся почерневшим от крови ртом Плетельщик снов. – Она должна найти выход, иначе останется в нем навсегда.

И каждая ночь была повторением предыдущей.

Смертным было запрещено находиться в поместье после заката. С того момента, как не в меру любопытная горничная лишилась жизни. Под темным звездным небом в полукровке просыпалась прежняя сила. Опасная и непредсказуемая для всех, кроме Фауста: обручальное кольцо защищало его.

Отзвуки происходящего в лабиринте терзали и верийца: голоса, головная боль, фрагменты кошмаров наваливались внезапно и так же неожиданно исчезали.

– Маледиктус зовет свою хозяйку.