Сумеречное королевство

Их заинтересовали рассказы Жанны о Бирэме с его белокаменными дворцами и слонами, дикими джунглями и золочеными храмами.

В этот вечер она больше не увидела герцога Свейна, оскорбленного ее невниманием, но с радостью узнала, что ее новые друзья тоже участвуют в зимней охоте…

– А где же матушкин родственник? Как вы сказали его имя? – Внезапно спросила Жанна, прерывая Вильяма на полуслове.

– Он плохо себя почувствовал и в последний момент не смог приехать. – Печально вздохнул Рамирес.

– Да, Грегори любезно принял нас у себя.

 – Подхватил Вильям. – И так хотел познакомить со своей кузиной. Но вот беда, кажется, схватил простуду.

– Бедный дядюшка Грег. – Жанна лукаво обвела друзей глазами. – Ему ведь уже под шестьдесят. Куда же ему угнаться за двумя молодыми людьми.

– Великая Ночь! Вы нас раскрыли, дорогая! И, должно быть, презираете? – Рамирес всплеснул руками.

– Моли пощады у прекрасной дамы, лжец! – Вильям толкнул друга в бок и сам первым упал на колени.

Жанна смеялась как дитя.

Конечно, ей хотелось узнать правду: кто они, откуда и зачем пришли на ее праздник. Но они так забавно разыгрывали раскаяние, напугали своими громкими причитаниями важных дам и горничных, что Жанна добродушно простила обоих.

***

Полная луна освещала узкие улицы трущоб. На крыше небольшой церквушки сидела темная фигура. Вскоре, от стены отделилась вторая.

– Ты задержался.

– Пришлось удирать от стражи.

– Но мы не раскрыты?

– Обставил все как ограбление.

– Ты сильно рискуешь, Рамирес.

Этот город еще не готов принять сказочных чудовищ.

Вильям подошел к другу ближе.

– Еще одна охота – и спать. Завтра мы обещали Жанне быть в опере, ты не забыл?

– Милая графиня. Бьюсь об заклад, ее кровь сладкая, как мед. – Рамирес откинул со лба непослушную челку.

В свете луны его профиль выглядел как чеканка на монете.

– Жанна – хорошая девушка, ее кровь – не твоя забота. – Разозлился Вильям.

– Хорошая, милая, умная. – Рамирес сел на крышу, прислонившись к колокольной башне.

 – Ты хочешь, чтобы такая красавица вышла замуж за какого-нибудь болвана, родила ему кучу баронов или маркизов, и всю жизнь с каменной улыбкой кланялась занудам-Свейнам?

– Мы не можем взять ее с собой. – Отрезал Вильям. – Мы – дезертиры, за нашу голову кое-кто многое отдаст. А кое-кто другой – еще больше, чтобы твоя глотка больше не узнала вкуса крови.

– Хорошо, я не настаиваю. – Примирительно вскинул руки Рамирес.