Тамерлан. Дорога в Самарканд

Болта ошивался поблизости, рассказывал о глупых бесполезных вещах: девушке было безразлично, когда разбивать шатры, а когда питаться остатками мяса. Возле костра Хасан опять поспорил с Мохаммедом-Ходжой, а остальные ржали, как кони.

– Хорошо, что мы не одни, – сказала Ульджай евнуху, полагая, что это Болта топчется у неё за спиной.

– А я рад, что освободился из-под власти Туглук-Тимур хана, – донёсся приятный, звучный голос. – Вы позволите, ага?

Девушка подвинулась, ещё больше уходя в тень. Рыжий барлас занял место на огромном валуне: когда-то он упал с горы, да так и продолжал лежать, не расколотый.

Ветер стих, низину окутала предвещавшая ночь прохлада. Тимур плотнее завернулся в меховой плащ.

– Когда я в последний раз видел Казгана, над нами было то же небо, что и сейчас. Земля вобрала всё золото солнца, и такая темень настала… Но потом появились звёзды. Бессчётное количество. Мы даже огня не разводили. Тогда Казган поведал мне тайну.

– Тайну? – спросила Ульджай и ненароком подобралась ближе.

 – Какую же?

– Он мечтал о Туране. О возрождении государства, которое было в этих краях за сотни лет до того, как их завоевал Чингиз-хан. Древнее государство сильных и могучих воинов, существовавшее ещё до возникновения Мавераннахра, моей родины. «Всё, всё вплоть до Средиземного моря, всё это – Туран», – слова вашего деда. Он даже ярлыки нам с Хусейном выдал, можете поверить? На владение Тураном.

– Думаете, он жив? – тихо пробормотала девушка.

– Он всегда будет жить в наших сердцах, ага.

Казган оставил после себя целое поколение мечтателей. Взгляните хотя бы на моего Хасана. Я ничего от него не требовал, лишь спросил, пойдёт ли за мной… и вместе со мной против Ильяса. Хотя не в Ильясе дело, воины это понимают.

А упомянутый Хасан уже успел выпить с Мохаммедом-Ходжой. Под радостные возгласы мужчины помирились. Ульджай не сдержала улыбки: две прелестные ямочки украсили её щёки.

– Я помню ещё кое-что, – добавил Тимур, заворожённо наблюдая за внучкой эмира. – Десять лет назад вас привозили в наши края, в Кеш.

Вместе с Хусейном мы бегали на стрельбища. От братьев вы не отставали… Мальчишки соревнования устраивали, так вы тоже пытались принять участие. Лук у Хусейна отняли. Он тогда страшно ругался.

– Я говорила ему: «Ты промахнёшься, дай лучше мне!»

– А потом Хусейн за вами побежал, а вы ловкая были, хоть и маленькая. Еле догнал.

– Думаете, это можно вернуть? Мир, в котором мы жили?

– Мы построим его заново, ага.