Дороги богов

Фауст еще раз ощутил тревогу: лоринка менялась слишком быстро для новообращенной. Фрейлина вошла через минуту, поинтересовалась о какой-то мелочи, изучила пару цепким взглядом, надеясь найти доказательство чего-то сокровенного и интимного. Не обнаружила ничего особенного и разочарованно скрылась.

Глава 3. Мариус Гайос.

Мир – он твой, Ты же в нём – изгой,

Заблудившийся, гордый и слепой.

Стоит повернуть,

Изменить свой путь –

Птицы вслед закричат,

Люди вслед замолчат.

(Балашова А.

На разорённых землях Оринберга свирепствовала болезнь. Люди страдали от лихорадки, заходились кашлем, отхаркивая кровь и умирали на пятый день.

Все это – заслуга Мариуса Гайос. Истинный дотошно изучал живые организмы, в его замке находилась самая большая библиотека существ. А в подвалах хранились заспиртованные образцы всего, что могло дышать, двигаться и жить.

Лихорадку Мариус поселил в водоем Изумрудной реки. Болезнь распространилась быстро и дала свои плоды: люди умирали еще до того, как армия Кейна добиралась до того или иного города.

Больше половины страны уже лежало у ног захватчиков. И черные василиски, что все чаще давали отпор и удерживали рубежи Оринберга, гибли от болезни точно также, как все смертные.

– Это жестоко, вы не находите? – Альберт Свейн обернулся к своему спутнику, зажимая рот платком.

Невысокий жрец в серой рясе аккуратно переступил через труп.

– Кейн пойдет на все ради своей цели. Мы ищем лекарство, ваше величество.

– Как они могут сидеть по домам, уважаемый Джаред, когда на них движется армия верийцев? Лихорадка косит как крестьян, так и аристократов. – Альбер окинул взглядом полу пустые улицы города: на дороге валялись мертвецы. Жрецы Лорин и добровольцы сгружали тела в телеги и увозили за стену, где сжигали.

Горожане прятались, на ставнях некоторых домов висели красные флаги.

Уныние царило в столице. Пока что болезнь добралась только до нижнего города, полного нищих и беженцев. Но страх загнал всех в угол от господ до лавочников.

– Сколько еще понадобится времени, чтобы справиться с болезнью и Кейном? – Спросил Альберт Свейн.

– Не все сразу, ваше величество. – Аметистовые глаза жреца сверкнули и сменили цвет на зеленый. – Наш с вами общий друг сейчас в Вересе.