В руках Беса

Хромая дура, да я твой ужасный кошмар. И только рад мучить. Припарковал свой мотоцикл возле дома, невероятно злясь. Он такой холодный и мрачный. Здесь чертовски неприятно находиться. Раньше у нас была крепкая семья. Но после некоторых событий, она дала трещину… Бросаю с небрежностью ботинки, и не успев снять кожаную куртку услышал реплику отца. У него в руках бутылка текилы. Опять пьет.

– Где шлялся, щенок?

– В парке зависал с ребятами.

– Врешь, Гай. Слышал рев мотоцикла. Плебей малолетний, брось мне заниматься этой ерундой.

– Отец, ты сам гонщик. Что плохого если иметь свой транспорт?

– Не перечь мне, гадкий сучонок. Или я его продам. Недавно твой тренер рассказал про позорный матч. Не подскажешь, почему ты его проиграл?

– Плохо себя чувствовал. Теперь должен гонять этот мяч постоянно?

– А ну брось огрызаться, выродок. Сначала заработай состояние, а потом диктуй мне. Как поживает эта девка на мотоцикле?

– Не знаю, я не общаюсь с ней.

– Правильно, сынок.

Запомни, она твой враг. И если хоть раз увижу рядом, то пожалеешь. В понедельник едешь в лагерь, там быстро научат правильно играть в футбол.

– За меня решил, садист? Почему я не могу быть свободным.

– Голос какой прорезался. Осторожно, а то получишь этой бутылкой по голове. Не заставляй твою бабку отправлять в дом престарых, а потом чисто случайно сделать ей волшебный укол. Мне эта рухлядь надоела, скончается быстрее и не кормить лишний рот, – зловеще рассмеялся.

Ведь раньше он был другим.

Обращался с пожилой женщиной иначе. Она же его вырастила, но сердце отца давно превратилось в лед. И отныне больше ничего не чувствует. Стискиваю зубы и поднимаюсь наверх. Здесь я и наблюдал за ней. За той, которую должен ненавидеть. Беру бинокль и смотрю в окно. На ноге Джеки повязка. Раненая стерва, так тебе и надо. Злорадно выдал. А после снова ее сфотографировал. Делал различные снимки на память. Так проще ее презирать, за глаза, за волосы словно у ангела. Так и засмотрелся. Но по утру разбудил Арнольд, с ним мы учились в университете. Довольно неплохо товарищ. Но он омрачил утро, кода стал упоминать про эту самозванку.

– Ты не мог ее уважать?

– Эту криворукую мотоциклистку?! С чего бы вдруг?

– Гай, ваша вражда необоснованна.

– Почему? Она похожа на обезьяну. К тому же хромую.

– Представляешь, какой-то урод насыпал ей в пуанты стекла.

– Интересно, кто бы это сделал? – посмеивался я за глаза.