Нет рецепта для любви

Артём поблагодарил, решительно отворил дверь и прислушался: в квартире стояла такая мертвая тишина, что он невольно поёжился. Уже открывая дверь – да нет, еще когда брал запасные ключи из рук соседки! – он знал, что дома никого нет. Знал, но не хотел знать. Артём прошел по большой комнате, толкнул дверь в маленькую. Стол, шкаф, диван, накрытый клетчатым пледом. Мамина фотография на стене. Он сел на диван, потом упал на подушку, уткнулся в нее, как когда-то ребенком утыкался в мамину грудь, и заплакал, испытывая одновременно два противоположных чувства: облегчения и невыразимого горя.

Тёме казалось, что он целую вечность провел на этом диване, но прошло, как оказалось, всего десять минут – он машинально взглянул на часы. Посидел еще немного, потирая лицо, потом набрал номер:

– Это я, Артём.

– Ну как? Получилось, нет?

– Получилось. Я дома. Всё про себя вспомнил. Я приду через полчасика, мобильник верну.

– Ты расскажешь, что случилось?

– Да этого я как раз и не знаю. Последние дни начисто из памяти выпали. Сплошной туман.

Артём быстро принял душ, побрился, переоделся, нашел заначку и запихал деньги прямо в задний карман джинсов, выскочил из квартиры и быстро побежал вниз по лестнице. Состояние у него было странное – еще бы: в тридцать четыре года заново привыкать к себе самому! Заново горевать по маме… И чувствовать пробуждение совершенно новых чувств: вспоминая Олесю, он каждый раз улыбался.

Пока он спускался, перепрыгивая через ступеньки, вверх неспешно полз лифт, который остановился, выпуская пассажирку, как раз на четвертом этаже, с которого только что сбежал Артём. Он вышел из дома и, не сбавляя хода, помчался в соседний торговый центр, не заметив, как из стоящей неподалеку машины вынырнул парень в черной куртке с капюшоном и быстро пошел за ним, на ходу говоря по мобильнику.

Артём накупил целую гору продуктов: куриное филе, салями, ананас, сыр, коробку зефира, красное вино, конфеты, виноград, маслины… Потом увидел цветы. Долго стоял и смотрел: лохматые хризантемы, орхидеи, какие-то искусственные на вид гвоздики. Наконец решился и купил одну желтую розу – нежную и слегка угловатую, совсем как Олеся.