Темные воды

Забудь! – быстро проговорил он и потрепал друга по плечу. – Брось, не переживай. Ну что делать – она такая.

«Как он узнал?!» – в смятении думал Николай. Он с трепетом ждал появления Ольги, она наконец вошла: спокойная, отрешенная, бледная и прекрасная. На Николая даже не взглянула, и он было успокоился, но потом нечаянно заметил, как брат и сестра переглянулись, усмехнувшись, и Сергей погрозил сестре пальцем. Николая снова обдало волной мучительного стыда, но тут кто-то навалился на него сзади – это была Верочка, которая протискивалась за спинами сидящих в самый конец стола, держа над головой маленькую табуреточку.

Протиснулась и уселась, улыбнувшись Николаю:

– Здрасте!

Он рассеянно кивнул, потом опомнился:

– Здравствуйте, Верочка. Да вам же неудобно на таком насесте. Давайте поменяемся.

– Ничего-ничего, я привыкла!

Но Николай настоял, и они пересели. В этот день он словно впервые заметил Верочку, хотя видел и раньше. Она была тихая, кроткая и… очень красивая, как с удивлением осознал Николай.

Не такая яркая, как Ольга, – скромный полевой цветок, прелестный и свежий: нежная кожа с розовеющим румянцем, широко распахнутые серые глаза с длинными тонкими ресницами, изящные брови, нежный рот, пепельные косы, завязанные бараночками… Сейчас, правда, никаких кос не было – волосы до плеч, которые поддерживала бархатная синяя ленточка с бантиком на боку.

– Вы подстриглись! – воскликнул Николай.

– Ой, вы заметили?! Так легко стало! А то замучилась с этими косами!

– А мне нравилось… Но вам и так идет.

– Правда?! А я давно решила: как школу окончу, сразу подстригусь. Но не решилась совсем коротко. Буду постепенно.

– О, вы уже не школьница? Поздравляю! Чем занимаетесь?

– Учусь! На курсах стенографии и машинописи!

– Что ж не в институте?

– Я неспособная совсем, – вздохнула Верочка. – Да и жить на что-то надо. А тут верный кусок хлеба. Я на портниху сначала хотела, но не получилось. Руки-крюки у меня!

– А по-моему, очень даже красивые руки…

Верочка радостно вспыхнула:

– Ой, правда?

Она была такая непосредственная и простодушная, что Николай невольно почувствовал себя умудренным жизнью старцем.

Почему он раньше не обращал на нее никакого внимания? Николай покосился на Верочку, она подняла руки вверх, поправляя сползающую с волос бархотку, и на мгновение ткань платья четко обрисовала ее юную грудь. Николай поспешно отвернулся, вспомнив недавнее падение в бездну, и снова покраснел.