Серая чума

Да и то сказать – наилегчайший из местных борцов на сотню фунтов превосходит человеческого супертяжа.

Эти правила работали против лода Гвэйдеона. При других условиях он мог бы взять искусством – каабарские паладины владеют множеством приемов рукопашного боя. Но в здешних правилах любой такой прием вызывал автоматическую дисквалификацию.

Тем не менее, Эцумбо ожидал сюрприз.

Дэвкаци выражают восторг битьем себя кулаками в грудь. Сегодня их ребрам пришлось выдержать нешуточное испытание – поединок лода Гвэйдеона и Эцумбо продолжался больше часа.

Судья загнул уже шесть пальцев – два за паладина, четыре за его противника.

Эцумбо ужасно вспотел и растерянно покряхтывал. Он ожидал легкой и быстрой победы, но каждое очко давалось ему чудовищными усилиями – хлипкий человечек стоял, как скала, уверенный и несокрушимый. Более того – он и сам сумел выбить два очка! Небывало! Невероятно! Не случалось еще такого, чтобы человек простоял против дэвкаци больше одного раунда!

А вот лод Гвэйдеон совсем не выглядел удивленным.

Когда проводишь сорок лет в боях и походах, ни на секунду не снимая доспехов и не расставаясь с оружием, вырабатывается соответствующая мускулатура. На своем веку Генералу Ордена приходилось многое выдерживать – он тонул в реках, замерзал во льдах, поднимался в горы и спускался в пропасти. И никогда не роптал, служа своей богине.

– Вы… вы очень сильны… сударь… – с трудом выговорил он, еле выдерживая напор карлика-великана.

 – Но я… я побеждал и сильнее!!!

Лод Гвэйдеон присел, упираясь пятками в землю, резко перевел хватку ниже, сделал чудовищное усилие… и поднял Эцумбо над головой. Тот удивленно вскрикнул, но в следующее мгновение уже оказался на земле – на лопатках.

– Четыре – три! – возвестил судья, загибая третий палец на левой руке.

К сожалению, этот успех оказался последним – поднявшись на ноги, Эцумбо утроил напор, и все-таки сумел повалить лода Гвэйдеона в пятый раз.

Паладин невозмутимо встал, отряхнулся от пыли и слегка наклонил голову, признавая поражение. Сегодня победил Эцумбо.

Однако дэвкаци колотили себя в грудь отнюдь не в его честь. Человек, сумевший ТРИЖДЫ положить на лопатки одного из сильнейших дэвкаци, заслуживал высшей степени восхищения. Эцумбо тоже колотил себя в грудь, отдавая должное бесстрашному противнику.

– Хабум выражает восторг великому воину! – ударил себя в грудь седой гигант.